— Суна. Моя первая любовь на Тано, — пояснил Кравиц. — Когда мы познакомились, ей не было и тридцати. А сейчас у неё сын от меня, вон тот светловолосый парень, который к возвращению отца из четвёртого рейса уже будет биологически старше меня. А вон та юная особа, Майка, — палец капитана сместился левее, — ещё не родилась, когда я познакомился с Суной. Сейчас они хорошие подружки, и я этому рад. И чтобы ты знал, Джонни, я никого не принуждаю хранить мне веру. Это исключительно их выбор. — Он приблизился ко мне и прошептал: — Просто каждая из них втайне мечтает, что я заберу её с собой и подарю иллюзию долгой жизни.
— Ясно. — Я отставил пустой стакан. Вот тогда и родилось новое прозвище Кравица. — Ты капитан их несбывшихся надежд. Но ведь главное — верить в лучшее.
— Отлично сказано, Джонни! — Кравиц поднял бокал. — За веру в лучшее!
Дальнейшее было делом техники. Я поведал капитану о своей давней установке посетить как можно больше обжитых планет и спутников Э-Системы, чтобы на старости лет продать воспоминания компании по симуляциям. Но деньги — не главное. Моя семья и без того успешна, для меня важнее не кануть в забвение целиком, а оставить после себя множество копий воспоминаний, в каждой из которых будет заключена частица Джонни Кэмпбелла. Криопсис — венец моего путешествия. За его посещение я даже готов пожертвовать одним из личных звездолётов. Пустяки, жестянка. В качестве средства передвижения сгодится и менее вызывающая посудина.
Кравиц выслушал проникновенную легенду о путешественнике Джонни Кэмпбелле и без долгих раздумий согласился доставить меня на планету пустынь, заранее предупредив, что это затея рисковая.
— Каждый раз я слышу об исчезновениях местных жителей, — поведал Кравиц. — Сам я стараюсь не покидать без острой необходимости корабль. Выполнив все процедуры отгрузки и технический осмотр, я не использую причитающийся полугодичный отпуск, а тут же покидаю Криопсис. И уже потом отдыхаю год на разных планетах Э-Системы, а сюда возвращаюсь за месяц до очередного рейса. Ведь здесь меня ждут, как нигде…
— Я понял, понял, — закивал я, не желая слушать очередную серию мелодраматического сериала под названием «Круговорот жизни капитана несбывшихся надежд». — Значит, мы договорились?
— Доставить тебя на Криопсис за пятьдесят штук плазменов? — насмешливо переспросил Кравиц. — Конечно, я согласен, Джонни.
— Отлично. Тогда, как и договаривались, я возьму с собой друга. Он помогает мне в сборе материала.
— Замётано. У нас предостаточно запасных капсул. Вылетаем ровно через неделю с орбиты в восемь утра по местному времени. Корабль «Джи-Эл 70». Вызовешь на связь меня, назовёшься Джонни-Путешественником.
Так я приобрёл два билета на Криопсис. Кравица я выбрал не тычком пальца в небо, а прежде изучил всю доступную информацию о вылетающих кораблях, их экипажах и планируемых датах вылета. Кравиц был не первым в очереди, но имел другие козыри перед коллегами: прежде всего, он реже других подвергался нападениям пиратов. Грузовые суда — лакомые куски для тех, кто не любит утруждать себя ежедневным трудом и предпочитает испытывать степень мягкости Мягких Законов на своей шкуре. Прошу прощение за каламбур. Хотя обычно пойманным пиратам приходится несладко — законодатели совершенно не учли их интересы и не заложили в свод ни единого пунктика-зацепки, как для многих других групп пёстрого населения Свободного Прайма.
Тем не менее, нападения случались нередко, особенно вдали от центра, на периферийных путях. Поэтому я не удивился, узнав, что все корабли класса GL, следующие на Криопсис, оборудованы современными боевыми системами и целыми оружейными командами. Зачастую главный оружейник имел на борту больший вес, нежели капитан. Особенно после успешных отстрелов. Глядя на Кравица с его залихватским отношением к жизни, я не сомневался, что на GL-70 он не всегда играет первую скрипку. Но плевать. Главное — попасть на борт и тихо-мирно погрузиться в пятилетний сон.
Про друга я, конечно же, соврал, учитывая, что на Тано я прибыл единственным живым существом на борту «Агрессора». Не считая «запаски». Сначала я думал использовать тело для реанимации Лиды, чтобы устроить её новой временной ипостаси допрос с пристрастием. Но затем принял окончательное решение лететь на планету пустынь. И вот там мне мог пригодиться напарник, а ещё лучше — несколько помощников. Но «Агрессор» оснастили лишь одной «запаской». Пришлось выбирать между Алексом и Мойвиным. Будь Ротман мало-мальски смышлёным парнем, я бы без раздумий выбрал его. Мы знакомы много лет, да и в его верности не приходилось сомневаться. Но я не мог допустить, чтобы он отмочил какой-нибудь номер в самый неподходящий момент и загубил весь план. Как это часто бывало в университетские годы, и проблема в том, что Алекс ни черта не повзрослел с тех пор.
