Горькая сладость полностью

В комнате стояли небольшой холодильник, наполненный бутылками с яблочным соком и прохладительными напитками, двухконфорочная плита, граммофон, несколько расположенных кругом потертых удобных кресел и грязная меловая доска зеленого цвета, надпись на которой гласила «ГРУППА ПСИХОЛОГИЧЕСКОЙ ПОДДЕРЖКИ 2:00-3:00».

Мэгги Стерн пришла на пять минут раньше и, повесив плащ, достала пакетик чая и налила в чашку горячую воду. Обмакивая пакетик, она легким шагом пересекла комнату.

Из окна она посмотрела вниз. Вода судоходного канала, вся в оспинах от первых августовских муссонов, казалась густой и маслянистой. Лишь памятью угадывались строения Сиэтла, пока Пьюджет Саунд был скрыт за серой пеленой дождя. Изъеденный ржавчиной танкер тащился по темному каналу, вдоль океанской дамбы с ее рельсами и навигационными антеннами, затемненными ливнем. На его выцветшей палубе неподвижно стояли моряки, укрытые от дождя с головы до бедер клеенчатыми плащами, забрызганными желтыми каплями.

Дождь. Так много дождя, а впереди еще целая дождливая зима.

Она вздохнула, размышляя об этом, и отвернулась от окна как раз в тот момент, когда прибыли еще два члена группы.

— Эй, Мэгги, — стоя в дверях, сказали они в унисон: тридцатишестилетняя Дайян, муж которой умер, когда они с тремя своими малышами собирали моллюсков на острове Уидбей, и тридцатидвухлетняя Нельда, чей муж-кровельщик свалился с крыши и больше уже не встал.

Не будь Дайян и Нельды, Мэгги не уверена, что смогла бы пережить этот год.

— Эй! — Она повернулась с улыбкой.

Проходя по комнате, Дайян поинтересовалась:

— Как прошло свидание?

Мэгги ухмыльнулась:

— И не спрашивай.

— Неужели так плохо, гм? Ну и как себя чувствуешь рядом с мужчиной, когда ты больше не замужем?

Это был вопрос, на который хотела бы ответить каждая из них.

— Я знаю, о чем ты, — вмешалась Нельда. — Я, в конце концов, решилась поиграть в бинго с Джорджем, прихожанином из нашей церкви. Я о нем рассказывала, если вы помните. Всю ночь напролет я переживала, что веду себя нечестно по отношению к Лу. Это играя-то в бинго, замечу вам!

Пока ей сочувствовали, появился худощавый лысеющий мужчина лет шестидесяти пяти. На нем были брюки с немодной складкой и поношенный свитер, мешковато висящий на его костлявом теле.

— Эй, Клифф.

Они расширили свой круг, чтобы впустить его.

Клифф кивнул. Он был новичком в группе. Его жена погибла, перебегая дорогу на красный свет во время своей первой прогулки после операции на сонной артерии, оставившей ее без периферического зрения.

— Как прошла неделя? — спросила его Мэгги.

— Ох... — вздохнул он и пожал плечами, но больше ничего не смог произнести.

Мэгги коснулась его спины.

— День на день не приходится. Время берет свое.

Ее собственной спины касались в этой комнате не один раз, поэтому она знала исцеляющую силу человеческого прикосновения.

— А как ты? — Нельда повернулась к Мэгги. — Твоя дочь уезжает в колледж на этой неделе, да?

— Ха, — ответила Мэгги с фальшивой веселостью, — не позднее чем через два дня.

— Ну, я прошла через это трижды. Если будет трудно, позвони мне. Мы могли бы сходить куда-нибудь и посмотреть на мужчин-стриптизеров или что-нибудь в этом духе.

Мэгги рассмеялась. Нельда не хочет смотреть на стриптизеров еще больше, чем она.

— Я теперь и не пойму, что надо делать с мужчиной, если он разденется.

Все рассмеялись. Над недостатком секса в их жизни проще было посмеяться, чем что-нибудь предпринять.

Вошел доктор Фельдстейн с кружкой дымящегося кофе в одной руке и подносом — в другой. Он беседовал с Клайер, шестнадцатилетняя дочь которой погибла в мотоциклетной аварии. Раскланиваясь, доктор Фельдстейн закрыл дверь и направился к своему любимому креслу, поставив кофе на соседний столик.

— Похоже, все здесь. Давайте начнем.