Незадолго до освобождения Петруха влюбилась в рецидивиста Санька, у которого было уже «шестнадцать отсижено». Она решила ждать его, а не изменника-мужа, о чем не преминула сообщить на зону своему благоверному. Начались длинные переговоры из телефонной будки дежурной части со свекровью. Петрова пригрозила, что с внучкой та больше не увидится, и теперь с наслаждением слушала о раскаянии неверного.
Домой Петруха вернулась с цветами для матери. Та встретила ее ужином и водкой. Женщина обнимала родных и светилась от счастья. На семейном совете договорились, что Санек после освобождения поселится в комнате Макара. «Конечно, доню, лишь бы ты счастлива была, этот хоть не наркоман!» – радовалась Ивановна. Было решено, что Петруха первое время работать не будет и займется детьми. Старшую дочь отправили в детский лагерь в Вырицу, а младшую девочку забрала свекровь на дачу – лето!
Через неделю «доню» нашла, где купить героин, и с непривычки переборщила. Очнувшись на лестнице подъезда, обнаружила пропажу телефона. Поглядев в зеркальце, убедилась, что выглядит ужасно: тушь потекла, помада размазалась. Тогда она позвонила в квартиру барыги, попросила пить и вызвала на помощь друзей. За неимением другой тары барыга налила ей воды в литровую стеклянную банку. Растрепанная, прихлебывая из банки теплую воду, Петруха плелась к метро, где ее ждали друзья на машине. «Ну вы ж понимаете, в таком виде – до первого мента…» Дома мать задала ей трепку и лишила финансирования. Петруха две недели пекла пироги в кафе у дома, но уволилась и забухала.
Через какое-то время ей позвонила приятельница и попросила помочь в поисках кайфа. Петруха накрасила губы и выпила водки с отцом, которого Анфиса выгнала к ней жить за пьянство. «Пока, папочка, мы за наркотиками!» – прощебетала она и поехала встречаться со своим бывшим мужем Вовой. Зашли за героином, в аптечку, на лестнице подъезда «поставились». Петруха вынула из вены «баян», мгновенно помертвела и упала. Раздался громкий треск от удара затылком о ступени. Губы женщины посинели, глаза закатились, остановилось дыхание.
– Петруха-Петруха, ну что ж ты вечно жадничаешь… – укоризненно произнес Вова. – И в прошлый раз точно так же сделала… Ладно, я домой. Хоть и жалко ее… Трех детей родила…
– Двоих, – поправила ошарашенная подруга.
– Троих, я-то лучше знаю, я отец, старшая-то моя!
– Ты мертворожденную девочку считаешь?
– Ну а кого… – уходя, бросил Вова. – Я не при делах, сам освободился недавно. У меня любовница ревнивая.
Петруха все ж таки пришла в себя и в этот раз – благодаря подруге, в такси. Первое, что она сделала, – попыталась украсть у водителя шарф. Впрочем, ее пресекли и доставили в ласковые материнские руки.
Рецидивист, которому Петрова посылала деньги и передачи в колонию, после освобождения до ее дома так и не доехал. Но свято место пусто не бывает – вернулся из лагеря муж, помирились было со свекровью. И опять история с ней приключилась.
Лето шло, и у свекрови Петрухи начался очередной запой. Она проводила вечер в компании соседа в городе, в то время как восьмилетняя девочка находилась одна на даче. Решив, что ее младшей дочери уделяют слишком мало внимания, Петруха решила выполнить давнишнюю угрозу и забрать ребенка от бабушки. Она вызвонила друзей, и компания направилась к свекрови в гости. Петруха отняла у нее свой музыкальный центр, ключи от квартиры и чудом успела запрыгнуть в машину. Крепкая бабка побежала догонять воровку, вцепилась через приоткрытое окно в водителя, тот ее оттолкнул. Автомобиль рванул с места. Через два километра разгоряченная битвой Петруха вспомнила, что забыла у свекрови дома свою сумку с документами. «Я же на условном!» – запричитала она. Машина повернула обратно. Петруха на цыпочках прокралась в прихожую. И вправду, свекровь уже вызывала милицию. Схватив сумку, Петруха убежала. Направляемый ее железной волей автомобиль несся к даче, на которой заботливая мамочка была последний раз лет десять назад.
Из ориентиров она помнила поле, покосившийся дом и кривую грязную дорогу. Найти дом в большой деревне по таким приметам было мудрено, поэтому Петруха отыскала трех местных парней. Им она объяснила, что отсидела за убийство, поэтому грохнет их тоже, если те не найдут нужный дом. Искали они настойчиво – при небольшом росточке Петруха перемахивала двухметровые заборы всем на удивление и осматривала дворы, пугая спящих жителей.
К утру дом чудом нашелся. Парни напомнили Петрухе, что та обещала им пиво за помощь. «Что у меня, самое доброе лицо? – несказанно удивилась та. – Пошли со мной за дитем, а то тут у соседа есть привычка в голову топором кидать, мне мужики нужны…»
Рыдающую девочку увезли в город. «Бабу жалко! Она испугается!» – всхлипывал ребенок. «Ничего, доча, теперь ты ни-ког-да не будешь с бабушкой общаться. Скоро сестричка твоя из лагеря вернется. И начнется у тебя совсем другая жизнь!» – утешала ее Петруха.
