— Готовы, сударыня? — поинтересовался Малейв.
Лица тех, кто привык, что ко мне обращаются исключительно как к «горничной», вытянулись. А Ветров и вовсе «завис», даже ухо потрогал, не уверенный, что слух его не подвел.
Насладившись сим моментом, я бодро ответила:
— Готова.
— Нам придется идти пешком, и идти быстро. Все еще готовы?
— Готова, светлейший.
— Тогда в путь.
Владетель дал еще несколько распоряжений по-центавриански, и мы пошли по дороге значительной такой компанией.
Представляю, что испытывают местные — не каждый день в их глубинку забредают владетели да центавриане. Валил снег, тявкали собаки, сгущалась темнота — мы отходили от источников света и углублялись в лес. Мужчина, шедший впереди, освещал нам дорогу мигающим фонариком, но, по правде говоря, в свете нуждался только Ветров, единственный младший среди нас.
Показался снегоход, тот самый, который встал на самой границе зоны. Мы прошли его. Усталости я не чувствовала. Какая может быть усталость, когда такое происходит?
— «Сударыня»? — наконец, спросил Аркадий, догоняя меня. Сегодня я шла резвее его.
— Я пожаловал Регине титул светлейшей, — не оборачиваясь, ответил за меня Малейв. — Она проявила себя сегодня, как верная подданная. А верных подданных следует поощрять.
— Как она себя проявила? Что сделала? Что ты сделал?
— Расслабься, Аркадий, — посоветовала я. — Думай лучше о зоне. Кстати, куда мы идем, светлейший?
Как же это непривычно: не просить разрешения на то, чтобы задать вопрос. И как же приятно! Я еще не привыкла к мысли, что больше не являюсь девкой, которой можно приказать, что угодно, но положением уже пользовалась.
— Мы идем в хранилище. Пока зона активна, на транспорте туда не добраться.
— А что за хранилище?
— Стоять! — рыкнул вдруг Ветров, и преградил мне путь. — Титул — это шутка?
— Нет, это не шутка, — сказала я, ожидая, что суровый землянин оттает — он же добряк и душка! — но землянин не только не оттаял, а стал еще суровее.
— Поздравляю, Регина, — холодным тоном, который больше подошел бы владетелю, проговорил он. — У нас в Союзе нет титулов, но на Энгоре светлейший — человек с большими привилегиями и огромной ответственностью. Помни об ответственности.
— Спасибо, зануда, — так же прохладно ответила я и продолжила путь.
Что такое с Ветровым в последнее время? Был таким очаровашкой при знакомстве, а сейчас — дерганая ханжа. Если он так и будет хмуриться, Гримми никогда не получит.
Я не знаю, как выглядел вход в хранилище до того, как там побывал Гоин. Когда мы к нему пришли, это было скопище валунов. Люди Малейва начали оттаскивать валуны в сторону с помощью эо. Пока они были заняты работой, я попробовала выяснить у владетеля, что мы найдем в хранилище (вообще-то удобнее было расспросить Аркадия, но он выглядел таким напряженным, что я не рискнула к нему подойти).
— Что происходит? — полюбопытствовала я. — Вы открываете ход в хранилище?
— Да. Отключаем внешнюю защиту.
— Х-м-м. А что в хранилище?
— Излечение, — загадочно молвил альбинос.
— В смысле?
Ответа я не услышала: закончив убирать валуны, центавриане принялись раскладывать вокруг приборы. После активации некоторые из них запищали, замигали, «запаниковали». Я прикрыла уши руками и зажмурилась: писк был почти невыносим.
Хорошо, что долго слушать эти звуки не пришлось.
Как только они стихли, я спросила снова:
— Так что вы имеете в виду, светлейший? Что за излечение? Внутри — накопители?
— Да.
— Какие-то особенные накопители?
— Да.
— Понятно.
— Да ничего тебе не понятно, — бросил Ветров, подходя. — Ты ничего толком не знаешь про свою планету и думаешь, что имеешь понятие об эо-ши?
— Вот только не нужно выставлять меня ничем не интересующейся дурой! Я знаю, что такое накопители, и в курсе, что за планета такая наш Энгор, — с вызовом ответила я.
— Да? Тогда расскажи, как образовалась зона деструкции.
— Ферис Голд, один из владетелей Дарна, проводил опыты с оружием. Во время опытов что-то пошло не так, произошел выброс отрицательной энергии на большом участке в лесу. Эта энергия плохо влияет на электронику, поэтому зону, где присутствует отрицательная энергия, назвали зоной деструкции.
— И это все? — изогнул бровь Аркадий.
— А ты знаешь больше? — огрызнулась я.
— Да. Знаю больше.
— Не ссорьтесь, — примирительно протянул Малейв. — Продолжайте, Регина. Что еще вы знаете о зоне? Каковы свойства этой отрицательной энергии? Почему она так влияет на электронику?
— Не знаю. Невозможно изучить зону, потому что здесь не работают приборы.
— Наши — работают. Скажем спасибо исследователям и студентам Академии Жизни, что на Горунде, — альбинос шутливо откланялся Ветрову.
— Поэтому Элайза и продала вам владение, светлейший. Ее муж держал зону под контролем, и люди не беспокоились — ну, есть в лесу участок, куда лучше не заходить, и ладно. После его смерти начались проблемы — зона разрослась и продолжает разрастаться. Пришлось даже создавать Службу контроля зоны, чтобы отслеживать ее изменения. Элайза сильно нервничала из-за зоны и в итоге решила продать владение.
— И ее возненавидели.
