Голова внезапно опустела, перед глазами все плыло, лицо Хейла с кровавыми пятнами стало размытым, нечетким, к горлу медленно подступала тошнота. Реми знала, что близнецы тоже стояли рядом, и сожалела о том, что попрощаться с ними не могла. И почему она решила, что одолеет Северного короля?
Тело устало сопротивляться. Глаза закрывались, но в груди снова разгорался жгучий огонь, и веки распахивались снова. Руки и ноги начали неметь, но нестерпимое жжение снова и снова немилосердно возвращало ее к жизни.
Реми жалобно всхлипнула, и лицо Хейла исказилось от муки. Теперь не ей, а ему придется вспоминать ужасы сегодняшнего дня. Она понимала, что он никогда не забудет ее лица перед смертью. Из последних сил она подняла окровавленную руку и дотронулась до его щеки.
Реми хотела сказать: она знает, что это конец. Хотела, чтобы он успокоил ее, уверяя, что это не так. Хотела умолять, чтобы ее спасли, хотела крикнуть, что не готова умереть, что хочет долго жить вместе с ним.
Но она молчала.
Слезы лились из ее глаз, убегая в густые волосы – пряди на висках промокли от соленой влаги, и она только проговорила:
– Люблю тебя.
Сдерживая рыдания, Хейл наклонился к ней и поцеловал. Его губы тоже были солеными от слез. Когда он отстранился, они были покрыты кровью.
Реми закашлялась и почувствовала медный привкус во рту. Значит, конец близок. Она закрыла глаза и смирилась. Попробовала глубоко вдохнуть, но каждый вдох отдавался пронизывающей болью.
Она не могла вздохнуть.
Потом и это прекратилось. Она больше не чувствовала ни боли, ни страха – такое облегчение. Скоро все закончится: она заснет навеки.
– Реми, – раздался дрожащий шепот. Но это был не Хейл.
Реми подняла веки и увидела склонившуюся над ней Хизер в одежде служанки. Ее лицо было залито слезами, но сейчас она улыбалась. И Реми улыбнулась ей в ответ.
Она в последний раз увидит мать. Потому что Хизер – тоже ее мама, и так было всегда. И неважно, что они не одной крови. Они – семья.
Реми заметила в руке Хизер кинжал, и поняла, что сейчас произойдет.
Она едва мотнула головой, слепая от слез, пытаясь губами сказать «нет», но из окровавленного рта не донеслось ни звука.
Но Хизер кивнула, глядя на на нее все с той же спокойной любящей улыбкой. Они виделись в последний раз, но этот мир покинет не Реми.
– Доченька, я полюбила тебя, как только увидела, – сказала Хизер, и слезы покатились у нее из глаз. – Я всегда была готова отдать за тебя жизнь. И это не просто слова. – Реми порывалась заговорить, но коричневая ведьма ласково коснулась ее плеча. – Приведи этот мир в лучшее будущее. Оставайся смелой и доброй, сильной и умной, какой ты была всегда. – Губы Хизер дрогнули. – Помни все, чему я успела тебя научить. Но главное, Реми, будь любимой.
Она подняла голову и со словами м
Реми открыла глаза: теплые солнечные лучи ласкали ее лицо. Девушка лежала на огромной кровати под толстым синим одеялом, натянутым до самого подбородка. Еще одно, меховое, она, похоже, сбросила во сне.
Кто-то захлопнул книгу. Рядом с ней, прислонившись к обитому бархатом изголовью, сидел Хейл.
Он радостно улыбнулся и облегченно вздохнул. Реми глубже зарылась в мягкую подушку. Смятая белая ночная сорочка сползла с плеча. Хейл провел пальцем по голой коже и поднял бретельку.
– Я, наверное, на небесах, – улыбнулась она.
– Что, постель слишком мягкая, или любимый чересчур хорош? – усмехнулся Хейл.
Реми сонно положила ладонь ему на колено.
– Любимый, – шепнула она, улыбаясь в подушку.
Хейл бережно взял ее раненую руку и поцеловал, медленно продвигаясь от кисти вверх.
– Любимая, пообещай мне.
Реми открыла глаза, когда Хейл опустил ее руку.
– Обещай, что я больше не увижу, как ты умираешь… – сказал он, пытаясь обратить все в шутку, но пережитые страдания не дали ему договорить.
– Как я могу обещать? Это невозможно. – Реми погладила его по руке.
– Ну хоть соври, – севшим голосом попросил он, коснувшись ее лица.
Реми откинула с его лба каштановую прядь. Она наслаждалась возможностью касаться его, когда ей только захочется. Она столько об этом мечтала.
– Я молюсь, чтобы, прожив счастливую жизнь, мы ушли вместе, лежа на мягкой кровати, как эта! – заявила она, поглаживая атласную подушку.
– Да будет так, – закончил Хейл, проводя большим пальцем по ее щеке.
Реми обвела глазами комнату: горящий камин, пол, покрытый узорчатым ковром, тяжелые синие бархатные шторы, похожие на те, что висели в тронном зале Северного короля.
– Где это мы? – спросила она, садясь в постели.
Кто-то оставил стакан воды на прикроватном столике. Осушив его, Реми заново наполнила стакан из стоявшего рядом кувшина.
– Мы захватили Северный дворец, – сказал Хейл, подтверждая ее страхи.
– Разве здесь безопасно? Король убит, но его подданные не склонятся перед Горным королевством и…
Как по команде раздался стук в дверь. Хейл посмотрел на Реми.
– Войдите, – пригласила она.
