Я прошла в кабинет и, опасаясь передумать, взяла ручку-самописку, бумагу и написала пару строк, в которых просто предлагала встретиться через три дня на этом же самом месте за три часа до захода солнца. Быстро пробежала глазами послание. Ну что, вроде бы похоже, что писала Камилла. В любом случае, вариантов не так много и остаётся только ждать, кто придёт на встречу, и вообще, проверяет ли кто-то «почтовый ящик», ведь посланий ко мне не было. После чего вновь вернулась к точке будущего рандеву и засунула письмо под камень. Итак, а теперь самое главное – лично я себя не намерена подвергать опасности и потому на место рандеву должны будут подтянуться мои родичи, просто нужно будет заранее сообщить им о моей задумке.
Конечно, я не имею в виду, что я должна вот так, запросто, выложить им всё. Тогда возникнет масса ненужных вопросов, в том числе и про эти письма, про мои якобы свидания с неведомым мне воздыхателем. Одним словом, куй железо, не отходя от кассы! А пока, не нужно лишнего внимания к этому месту, будем жить своей жизнью и самое лучшее – занять себя какой-то несложной и простой работой…
Получив родительское благословление на возведение рабочих домиков, медлить не стоило – кто его знает, вдруг он передумает. Потому-то я всё утро чертила схемы размещения этих домиков, их расположения и даже размеры. Старшина строителей, которого я позвала для обсуждения, только крякал и чесал затылок, вникая в масштаб работ и назначение самих домов. Сроки на возведение были самые сжатые, но, узнав о размере финансирования, я удостоилась от старшины артели уважительного цокания языком и заверения, что всё будет сделано в лучшем виде. Я облегчённо вздохнула – ещё бы не будет, ведь это означает, что у людей будет возможность неплохо заработать. Да, к сожалению, работа по большей части сезонная, но оплачивалась она хорошо и недостатка в рабочих мы не имели.
За самим ходом строительства вызвался присматривать Маркас, мотивируя это тем, что мне стоит поберечь себя и не таскаться по горам. Я это понимала, конечно, и согласилась с его разумными доводами, за одним исключением: он мог бы и помягче выразить мысль: «Сиди дома и никуда не лезь!». Всё дело в том, что он опять мотался весь день, а тут я ему ещё одну задачу подкидываю.
Следующий же день, когда мои родичи снова отправились из дома, мотивируя это хозяйственной необходимостью, я осталась дома одна и нервничала, шагая из угла в угол – геройствовать мне не хотелось, но и тянуть дальше уже было некуда. Наконец, ближе к вечеру, я решилась и прогулочной походкой отправилась обозревать живописные окрестности, присела на заветный камушек, и словно невзначай, опустила руку вниз, вывернула шею, чтобы убедиться в том, что никто не смотрит за тем, что я делаю, после чего уже более смело пошарила рукой в углублении. Пусто. То есть, ничего. Кто-то забрал письмо. Надо же, оперативно сработал, ничего не скажешь… я поспешила вернуться домой, спросив по дороге у спешившей куда-то Ранни:
- Не приезжал ли сегодня к нам кто-то? Быть может, по делам?
- Нет, никого нынче не было. Да и какие сейчас гости? – пожала плечами кормилица.
Ну, в общем она права, конечно. Но кто-то же забрал записку? Возможно, его просто использовали в тёмную? Во всяком случае, никто из наших домочадцев не имел такого витиеватого почерка, который был в любовных письмах к Камилле. В любом случае, отступать некуда – позади Москва…
Отцу и мужу я решила рассказать практически чистую правду перед тем, как придёт пора двигаться «к точке рандеву». Мол, возникли у меня некие опасения, что я не сама упала тогда с тропинки, что мне помогли. Вот для того, чтобы вывести на чистую воду этого супостата, вы мне и нужны. Я сяду на безопасном расстоянии где-нибудь неподалёку и буду мониторить ситуацию с безопасного расстояния, покуда они будут прятаться и ловить того, кто явится на свидание.
Да, понимаю, что план шит белыми нитками и у них наверняка появится много ненужных вопросов, но зададут они их только тогда, когда преступник будет взят. С самого утра я пожаловалась на плохое самочувствие и острое чувство одиночества, состроив при этом глаза оленёнка Бэмби. Вроде бы, проканало, поскольку Маркас усовестился и сообщил, что сегодня никуда не поедет, будет сидеть возле кровати и держать меня за руку. Папенька смущённо добавил, что его вероятный внук (иные варианты были им с яростью отвергнуты) достоин самого лучшего ухода, он также останется дома и составит нам компанию за ужином.
