За время разговора Ард хорошенько рассмотрел её, отметив, что несмотря на испуганный вид и старомодное платье, девушка, казалась, довольно симпатичной: у неё были большие серые овальные глаза с взглядом несчастного пережившего тяжёлые испытания ребёнка, черты лица можно было признать красивыми, тонко вылепленными, если бы не явная горбинка на носу выглядевшая как досадный ляп на прекрасном полотне. Её русые волосы спускались до плеч и красиво выделяли длинную шею, ростом девушка была чуть ниже Лиз. Ард не знал, что ещё сказать, он смотрел на Кристину, та всё ещё робела и смотрела в землю. Лиз отвернулась и всем видом демонстрировала, насколько ей безразличен разговор. Продолжительное молчание становилось неловким.
Спас положение тяжёлый, густой грохот, который внезапно возник над головами. Грохот быстро нарастал и вытеснял все остальные звуки. Огромная тень дирижабля одновременно с порывом ветра накрыла их собой. Все задрали головы, провожая взглядом величественное тело воздушного гиганта. Поток воздуха привнёс свежести, Лиз улыбнулась и пыталась собрать разлетевшиеся волосы, она прокричала Арду:
– Это западный рейс вернулся. Как всегда, секунда в секунду!
Кристина тоже не смогла сдержать своего восхищения:
– Какой он огромный, я даже не представляла, что эти махины, так легко летают.
Лиз впервые взглянула на неё без злобы, с любопытством, и даже, несмотря на опасение Арда, не передразнила её, хотя сейчас, когда Кристина говорила эмоционально, не сдерживая себя, её необычный акцент отчётливо выделялся. Ард протянул ей руку, она улыбнулась и слегка пожала её.
– В конце недели мы зайдём в Грожж, тогда и рассчитаемся – он подмигнул девушке.
На прощание они помахали ей и неторопливо двинулись вдоль по бульвару. Лёгкий ветерок, который сменил ураганные порывы, ласково трепал волосы Кристины, словно кто-то осторожно, гладил её по голове. Она провожала взглядом фигуры своих новых знакомых, пока они не растворились в толпе, чувствуя, что судьба, забросившая её в этот странный, грандиозный город, только что подарила ей встречу с людьми, которые сыграют в её жизни главную роль.
Каррас.
Когда Каррасу позвонил главный редактор газеты Агломерац Шраймарк, он совершенно не удивился, ведь на последней встрече с главами трестов ему было обещано всяческое содействие с их стороны. А Шраймарк был ни кем иным, как стальным наконечником информационного тарана, которым городские воротилы всецело могли распоряжаться и которым они уже много лет с успехом сокрушали своих многочисленных врагов. Этот звонок очень обрадовал Карраса и вселил в него дополнительную веру в успех всего предприятия, ведь он означал, что подготовительный этап подходит к концу и скоро настанет пора решительных действий. Признаться, он сам, уже давно был готов к активному наступлению, представители объединённого конгломерата трестов также разделяли его желание вступить в бой. Единственным препятствием являлось крайне забюрократизированная процедура вступления в должность Заместителя, необходимо было получить согласование нескольких подкомитетов в мэрии и при этом, ещё не допустить утечки в Городской совет или прессу. И хотя, Масна полностью контролировал свой административный аппарат, по причине чего ожидать каких-либо неприятностей со стороны чиновников мэрии не стоило, всё же им приходилось соблюдать строгую конспирацию, и Каррас отлично понимал, что дело здесь заключалось исключительно в его личности. Уж слишком неоднозначную репутацию он имел среди городских элит. И любой слух о том, что на должность Заместителя будет назначен подобный персонаж, мог вызвать настоящую истерию среди оппозиционных членов Городского совета, представителей Университета и прочей заинтересованной общественности, которые если бы и не расстроили их честолюбивые планы, то вполне были в состоянии существенно осложнить им жизнь.
Поэтому Каррас совершенно не обиделся, когда Шраймарк отклонил его идею о встрече в ресторане Апатричи или любом другом людном месте и вместо этого предложил поездку в собственном автомобиле.
– Понимаете Каррас, на кону стоит слишком много, а и вы и я являемся фигурами публичными, которых любой человек нашего круга с лёгкостью опознает, – с осторожной ухмылкой произнёс редактор – кроме того, нас обоих небезосновательно ассоциируют с трестами. И стоит только нам вместе появиться на людях, особенно в такой момент, как по городу тут же пойдёт нехороший шёпоток.
Хотя в салоне было совсем не холодно, он чуть заметно поёжился и двумя пальцами в лайковой перчатке повыше поднял ворот своего роскошного пальто. Каррас считал объяснения Шраймарка излишними, поскольку прекрасно сознавал, что к чему, поэтому он списал эти слова на профессиональную дипломатичность и крайнюю изворотливость собеседника.
