Она превратилась в мышь. Конечно, не в смысле физического состояния, хотя, изредка смотрясь в зеркало, Кристина напоминала себе именно грызуна, маленького серого грызуна, который боится каждого громкого звука и вынужден прислушиваться к каждому шороху и скрипу. Она даже стала меньше ростом, плечи ссутулились, большие серые глаза выражали только испуг, и ей было стыдно смотреть в отражение этих глаз. Кроме того, появилась дурная привычка при малейшей опасности втягивать голову в плечи, что выглядело для взрослой девушки в высшей степени отталкивающе. Кристина ненавидела себя за этот страх, однако не могла найти сил, чтобы побороть его. Потом она стала презирать себя, а потом ей стало всё равно. Если ты не можем победить обстоятельства, если страх больше и сильнее тебя, то какой смысл бороться? Ведь итог предрешен заранее. Кристина даже свыклась со страшной мыслью наличия у себя Хозяина. Да, она больше не имела той сказочной и очевидной привилегии доступной большинству людей – полновластно распоряжаться собственной жизнью. Уже довольно продолжительное время её судьба зависела от воли одного человека. Впрочем, под определение человек, его с трудом можно было подвести, хотя он ходил на двух ногах, у него были руки, голова и выглядел он и правда как человек, однако Кристина не признавала за ним права так называться. После того, как она испытала с его стороны чудовищные унижения, уничтожавшие в ней волю, характер и самоуважение, он стал напоминать ей гнусного вампира, упыря высасывающего из неё жизнь. Заглядывая вперёд, Кристина не могла знать, чем окончиться её падение, но одно ей виделось точно, даже превратившись в забитое, покорное существо – она не утратила жажду жизни, и именно это помогло ей вырваться из ада.
Она распахнула глаза. Как обычно под утро, терзающие ночью кошмары отступили, освободив место пустоте и отрешённости. Сегодня Кристина выпросила выходной и собиралась, как следует подготовиться к вечернему мероприятию, однако предстоящий полёт на дирижабле вселял в неё тревогу. Самого полёта она не страшилась, тот единственный раз, когда она, спасая жизнь, совершила путешествие на дирижабле, избавил её от страха подниматься в воздух, но Кристина сомневалась в верности своего решения принять приглашение Арда. Она была уверена в том, что будет выглядеть инородным телом, досадной помехой в этой, как ей казалось, веселой компании, совершенно беззаботных, живущих иной жизнью людей. Что могло быть общего между ними?
Кристина обнажённой подошла к зеркалу, которое висело над старомодным трюмо: внимательно рассмотрела своё отражение, как и всегда, первое, что она увидела – был деформированный нос. Небольшая горбинка выделялась на переносице неестественным препятствием. Девушка осторожно сжала её большим и указательным пальцами – едва ощутимый, ноющий электрический импульс пробежал от лица через всё тело и вернулся обратно. Кристина облегчённо вздохнула:
– Неплохо, раньше было намного больнее – девушка критически осмотрела себя, провела ладонью по лицу, взбила причёску – воображение тут же услужливо нарисовало шикарные, тяжёлые волосы Лиз. Кристина легла грудью на столешницу комода и максимально приблизила лицо к зеркалу, теперь она видела только глаза – глаза, которые не могли принадлежать молодой девушке.
– Да, у Лиз совершенно иной взгляд – и она с пугливым благоговением вспомнила его – тёмный и глубокий с пляшущими огоньками.
– Я боюсь её, – прошептала она. – И мне нечего там делать.
С первой же встречи на бульваре Флоры, присутствие Лиз пугало Кристину, но только сейчас пришло осознание почему.
– Она во всём превосходит меня, превосходит на совершенно непостижимую величину.
Кристина прошлась по комнате, размышляя:
– А может это не так и плохо? Значит, у меня осталась хоть частичка самолюбия?
– Почти любая зашедшая в Грожж девушка элегантней и ухоженней меня, но Лиз…Она совершенно другая.
Она ещё раз посмотрела в зеркало. Издалека, когда не было видно застывшей в глазах печали, Кристина казалась себе привлекательной, она перевела взгляд на единственный в комнате стул с висящим на спинке платьем. Узнав, о том, что она собирается на вечерний полёт, одна из официанток Грожжа, весёлая девушка с коротким ёжиком и чуть вздёрнутым маленьким носиком, с радостью одолжила свой наряд. Кристина поначалу отказывалась, но страстное желание девушки помочь, убедило её примерить платье. Оно ей отлично подошло, и Кристина понимала, что отказ от полёта может обидеть коллегу.
