«Тех, кто пытается бороться с Зоной и идти ей наперекор, ждет нечто страшнее смерти».
Настю вели по тесным переулкам, все время подгоняя вперед.
– Полегче, парниша!
Сопровождающий солдат ничего не ответил. Да и сложно было что-то прочитать на его лице, потому что как такового лица у него и не было – лишь медная пластина, изрядно пошарканная, в некоторых местах покрытая зеленоватым окислом.
Тот странный тип, которого все почтительно называли Верховным, говорил непонятные вещи, но одну мысль она уяснила – чтобы спасти Ожогина, нужно добыть сердце какой-то жуткой твари.
«Ничего сложного, – приободрила себя Настя. – За свою бурную жизнь я не одну тварюгу собственными руками на тот свет отправила».
Оружия, правда, никакого не дали. С большими спорами девушка отвоевала себе небольшой нож, и тот тупой – чтобы рассечь грудину твари и извлечь сердце.
Проулки закончились – двое зашли в небольшой проем и двинули по темным лабиринтам. Девушка шла почти наугад, то и дело оглядываясь по сторонам, боясь запнуться обо что-нибудь, солдат же ступал быстро и упруго, зная все повороты и ловко уворачиваясь от торчащих из стен каменных полок и подставок для факелов.
Мало-помалу коридор сужался. Идти стало труднее, под ногами захлюпало, со стен начали сочиться струйки воды.
– Мы верной дорогой идем? – спросила Настя, с нескрываемой ненавистью поглядывая на бойца.
Тот ничего не ответил и лишь махнул рукой, приказав следовать за ним.
Они долго шли по прямому коридору. В какой-то момент Настя обратила внимание, что с правой стороны видны едва заметные проемы – металлические двери. Чуть притормозив, девушка с трудом прочитала:
ВХОД 6-А В САРКОФАГ
ВНИМАНИЕ! ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА!
Солдат вновь поторопил Настю. Девушка ускорила шаг и ради любопытства, пройдя мимо двух следующих дверей, остановилась у третьей.
ВХОД 9-А В САРКОФАГ
ВНИМАНИЕ! ЗАПРЕТНАЯ ЗОНА!
Стало любопытно.
– А что это у вас тут за саркофаг такой?
– Не положено знать, – хмуро ответил охранник.
Девушка попыталась расспросить его настойчивее, но тот лишь ускорил шаг.
«Странно, – подумала Настя, глядя на очередную дверь. – Уж не хранилище ли там радиоактивных отходов? В Зоне такого добра полно. А мы тут шастаем, гадостью дышим!»
К тому моменту, когда они дошли до двери, под ногами уже шумел небольшой ручеек. Было видно, что этим путем давно не пользовались – потолок облеплен паутиной, в которой что-то копошилось и иногда раздавался сдавленный писк.
Выполнив замысловатые пассы руками, солдат открыл дверь. Пахнуло тиной и гнилью. Настя выругалась, но послушно вошла внутрь. Помещение оказалось небольшим, продолговатым, но тупиковым – ни в одной из стен дверей больше не было.
– Все-таки ловушка? – хмыкнула Настя, готовая в ту же секунду напасть на бойца и перерезать ему глотку тупым ножом. Если надо будет – даже свернуть шею голыми руками.
– Туда, – подал голос солдат, видимо, почувствовав обжигающую ненависть спутницы.
Девушка задрала голову и увидела в потолке небольшой лаз.
– Подсобишь?
Солдат не ответил. Вновь начал хлопать по стенам. Из лаза со скрипом опустилась лестница.
Только теперь Настя поняла, что они все это время спускались по коридорам вниз, видимо, обходя постройки на поверхности, и теперь находятся ниже уровня земли.
Взобравшись по лестнице вверх, они оказались на улице. Мимо прошел похожий как две капли воды на солдата незнакомец и едва заметно кивнул им. Настя в ответ показала ему язык.
Наконец боец подвел ее к воротам. В какой-то момент девушке показалось, что солдат ей сейчас просто всадит стрелу в затылок – и поминай как звали, а все эти разговоры про лекарство не более чем отвлекающий маневр. Но нет, сопровождающий рявкнул, и ворота начали медленно двигаться в сторону. В образовавшемся проеме показался унылый пейзаж. Невдалеке виднелась скала. У стен Города толпились люди – с каждой минутой их становилось все больше и больше. Зазвучал барабан – низкий раскатистый гул от него шел, казалось, до самого неба.
– Это что еще за… – прошептала Настя, глядя наружу.
Походило это все на средневековые гладиаторские бои. Не хватало только противника.
«И он непременно будет», – подумала Настя, поглядывая на скалу.
Народ, увидев девушку, закричал. Это были слова на непонятном языке, но судя по интонации, люди приветствовали ее.
«Ну да, как смертника, идущего на плаху. Халявное зрелище всегда в радость».
– Туда? – хмуро спросила Настя.
Солдат кивнул. И вытолкал ее наружу.
– Руки убери! – прошипела она.
Но тот ее уже не слышал – ворота мгновенно закрылись, оставляя девушку наедине с толпой.
Зверь чуял ее. Еще до того, как она вышла за стены Города, его тонкий нюх поймал едва уловимые нити запаха и уже не отпускал их. Сладковатый аромат меда, полевых трав, терпкого пота, дыма. Девушка. И она идет к нему. Чтобы убить. Как это делали сотни людей до нее. Порой собратья зверя проигрывали эти сражения – и тогда победитель извлекал из их тела средоточие жизни – сердце, но чаще люди становились очередным куском мяса, который хищники с удовольствием пожирали.
