Котон замялся. Дело в том, что он плохо управлял моторной лодкой. А теперь еще и надо охотиться на гигантскую рыбу.
Он совершенно не был уверен в себе.
– Котон, – Люпен посмотрел на приятеля.
Котон поднял взгляд на Люпена. Даже он сам чувствовал себя беззащитным ребенком.
– Не сомневайся в моих решениях. Ты же обещал следовать всем правилам нашего агентства, помнишь? Мои приказы не обсуждаются. Эта тварь все еще на плыву. Пока она не ушла, у нас есть шанс помочь людям Лос-Риверса избавиться нее. Понимаешь меня?
Котон нехотя кивнул в ответ.
– Возьми свое оружие. Оно может пригодиться.
– Стрелять в рыбу?
– В этом неравном бою будут хороши все средства.
– Хочешь окрасить порт Лос-Риверса в красный?
– Он уже окрашен. Она начала первой, понимаешь? Я не смогу спокойно смотреть в глаза Яну, если этого не сделаю.
Для Котона именно это стало главной мотивацией идти на бой с океанским чудищем.
Ян.
Ян потерял отца и остался один.
Они непременно должны отомстить за мистера Ская. Ради Яна.
– Хорошо, Люпен. Мы это сделаем.
– Так-то лучше. Этот Котон мне нравится куда больше.
Люпен довольно похлопал Котона по плечу, взял свой горбун и вышел на улицу.
Котон быстро поднялся в свою комнату, прихватил пистолет-пулемет и проверил заряд – полный.
«Всегда считай патроны», – сказал ему однажды Люпен, – «это может спасти тебе жизнь».
У Котона голова шла кругом. Он не побоялся невидимого церковного чудовища, но внезапно струсил перед жителем водной стихии. Этот враг куда опаснее и свирепее Кровохлёба. Такая огромная рыбина может запросто перекусить моторную лодку вместе с хозяином.
На самом деле Котон страшился вовсе не смерти. Не своей собственной.
Под угрозой оказались жизни не только простых жителей Лос-Риверса, отважившихся помочь им, но и самого Люпена. Директор «Синей Луны» шел на неоправданный риск. Они даже не знают настоящие размеры врага. Такая тварь может оказаться куда больше, чем они ожидают.
Но терять время нельзя. Котон, собравшись с мыслями, и вооружившись горбуном и пистолетом-пулеметом, догнал Люпена, который следовал в направлении порта в окружении троих мужчин с горбунами.
– Сначала нам надо его окружить, – Люпен уже отдавал указания, – всего нас пятеро. Каждый сядет на свою лодку. Рассредоточим его внимание. Когда тварь выйдет из воды – атакуйте. Ваша цель – ранить самое уязвимое место – глаза. Уверен, что панцирь этой громилы прочен, как сталь. У каждого из вас будет всего один шанс. Если пробить насквозь глазницу, то есть шанс победить монстра. Так мы причиним ему много боли и здорово ослабим. Через несколько дружных ударов оно погибнет и пойдет ко дну.
– Но, агент Люпен, это же не акула какая-нибудь, – подметил один из троицы, – как вы сами сказали, та рыбина – тварь из другого мира. Вы уверены, что у нас получится ее одолеть?
Люпен остановился и внимательно взглянул в глаза собеседнику.
– Никогда не сомневайтесь в моих решениях. У меня богатый опыт войны с подобными тварями.
– Вы уже сталкивались с огромными рыбами? – нахмурился второй.
– М-м… нет, но поверьте, что глаза – самое уязвимое место. В крайнем случае, лишить противника зрения – сильный ход. Это точно его ослабит. А дальше… дальше мы его уничтожим.
Котон, услышав это, усомнился в стратегии Люпена. Вернее, он усомнился в том, что у Люпена в принципе была какая-то стратегия. Особенно это касалось второй части плана, которая наступит, если они все же ослепят монстра.
Котон видел четко: Люпен действует на эмоциях. Смерть мистера Ская парализовала его сознание и пробудила жажду действия и жажду мести. Люпен отчаянно стремился отомстить обидчику, забывая о самом главном – своей собственной безопасности.
Безрассудность поступка Люпена напрягала Котона, но он уже ничего не мог поделать. Когда они оказались в порту, все мигом направились к своим моторным лодкам. На берегу стояли Лира и Ян. Девушка прижимала к себе мальчика, который не переставал плакать и смотреть на воду.
– Что вы решили? – обеспокоенно спросила у Котона Лира.
– Вернее, что решил Люпен, – подметил Котон, – он задумал убить этого монстра!
– И чем же?
Котон показал Лира горбун.
Лира обреченно вздохнула и утунулась лбом в ладонь.
– Ох… он серьезно?
– Боюсь, что так.
– Я должна поговорить с ним.
И тут раздался крик Люпена:
– Отплываем!
Моторные лодки завелись и отчалили.
– Уже поздно, – покачал головой Котон, – сейчас ты его не сможешь остановить.
Котон посмотрел на Яна, вытирающего бесконечные слезы с глаз. Потом он наклонился к Лире и шепнул ей на ухо:
– Он это делает ради него.
И снова крик Люпена:
– Котон! Живо сюда! Быстрее! Мы уже начинаем!
– Мне пора.
Он уже собрался развернуться и побежать к лодке, но Лира схватила его за локоть, остановила и сказала:
– Будь осторожен. И не дай ему наделать глупостей.
– Ты сомневаешься в нем?
– Никогда. Но сейчас… просто вернитесь на берег живыми.
Котон все понимал. Лира беспокоится за них обоих. Она отпускает их только потому, что иного выхода уже нет. Люпена не остановить. И Лира знает Люпена: знает, что у него есть план, каким бы безумным он ни был.
– Вернемся. Обещаю.
