– Да уж, – отвечает Ивонна. Она смотрит на гондолу, не мигая, как на большого и грозного пса.
Сигруд наблюдает, как два механика открывают большой люк в задней части гондолы, пользуясь гаечным ключом, который потом прячут в мешок с инструментами. Один механик забирается в люк и подключает шланг к патрубку. Потом они начинают что-то выкачивать из гондолы – наверное, предполагает он, отходы человеческой жизнедеятельности. В конце концов, не могут же пассажиры просто опорожнять мочевой пузырь из окна.
Проводник улыбается им и говорит:
– Билеты, пожалуйста.
Все трое протягивают ему свои астрономически дорогие билеты. Проводник их берет и слегка кланяется.
– Очень признателен! Пожалуйста, соблаговолите занять места побыстрее. Отправляемся через пять минут. Боюсь, никаких исключений – надвигается сильный буран.
– Будет ли это проблемой для трамвая? – спрашивает Ивонна.
– О нет, мадам. Трамвай устойчив, как гора. Но это может немного замедлить подъем на линию.
Они благодарят проводника, потом поворачиваются и садятся в аэротрамвай. Никто на платформе не замечает, как Сигруд перед этим хватает сумку с инструментами, лежащую возле механиков.
Двери и все внутри, как Сигруд и ожидал, невероятно маленькие. Кофр едва помещается: люди сердятся и ворчат, пока он тащит его по крошечным проходам, свирепо таращатся в ответ на его невнятные «простите» и «извините». Наконец все трое входят в отдельные покои в дальнем конце – Нефритовую каюту, которую выкупила Ивонна.
Нефритовая каюта маленькая, но, учитывая дефицит пространства на борту гондолы, относительно роскошная. Четыре спальных места, деревянные стены, бронзовые крепления, электрическое освещение и – наверное, это самое главное – отдельная уборная, которую он внимательно и задумчиво осматривает.
– Ну что? – спрашивает Тати. – Мы в безопасности?
Сигруд закрывает дверь, кладет на пол украденную сумку с инструментами и подходит к иллюминатору на кормовой стене каюты. Через него видно платформу аэротрамвая и вращение огромных шестерней массивной машины. Сперва он ничего особенного не замечает. А потом…
Лицо сайпурки с золотыми глазами мелькает в толпе.
– Дерьмо, – говорит он.
– Что? Что такое? – спрашивает Ивонна.
Сайпурка стоит неподвижно. Она просто смотрит на гондолу с выражением ярости на лице. Сигруд знает без тени сомнения, что он по меньшей мере полностью испортил ей утро.
– Это… это она? – спрашивает Ивонна.
– Да, – говорит Сигруд.
– И она знает, что мы на борту?
– Да.
– Почему она… почему она ничего не делает?
– Ждет отправления, – угрюмо отвечает Сигруд. – Тогда она будет точно знать, что мы тут в ловушке.
Раздается свисток. Кто-то стучит в дверь, и заглядывает стюард.
– Вам удобно? – спрашивает он. – Мы вот-вот начнем подъем.
– Очень удобно, – говорит Сигруд.
Стюард смотрит на Тати и Ивонну – они побелели от ужаса.
– Э-э… вы уверены?
– Да! – рычит Сигруд.
– А-а. Хм. Ладно. Что ж, дамы и господа, рекомендую занять места. Поначалу нас немного потрясет.
– Спасибо, – говорит Сигруд.
Стюард уходит, но никто из них не садится. Они смотрят в окно, наблюдая за сайпуркой. Потом раздается свисток и треск, и гондола начинает медленно двигаться вперед.
Похоже, аэротрамвай сперва едет по какой-то ленте, а потом плавно переходит на основные транспортные кабели. Сигруд не видит, но чувствует момент перехода, когда вся гондола тяжело вздрагивает и раздается грохот. В пассажирских каютах впереди визжат и смеются. Сигруд не сводит глаз с сайпурки, которая словно по команде шагает вперед, вытаскивает какой-то значок и начинает разговаривать с проводником.
– Она реквизирует следующую гондолу, – говорит Сигруд.
– Что?! – ужасается Ивонна. – Это в ее власти?
– Видимо, да, – он косится на Тати. – Похоже, мы им очень сильно нужны. Потому что о ее поступке сразу же узнают в Галадеше и на этом ее карьера в министерстве почти наверняка закончится.
Он наблюдает, как сайпурка ругается с проводником – понятное дело, она победит. Сигруд ждет, не сделает ли Тати еще какое-нибудь предсказание – вдруг в аэротрамвае их ждет та же судьба, что и в скором поезде? – но дочь Шары просто дрожит, бледная и перепуганная, как любая другая девушка на ее месте.
– Так, – говорит Ивонна. – Что теперь?
