– Отзовите заклинание! – потребовала у сидящего передо мной дракона. – Пусть большая часть вашей прислуги и имеет в наличии драконью кровь, но часть из них люди – долговременное влияние заклинания Времени может их убить!
Арнел даже не пошевелился, продолжая с молчаливым бешенством взирать на меня.
– Лорд Арнел! – мой голос дрогнул.
Снять столь масштабное заклинание самостоятельно я была не в силах, даже если не брать в расчет тот факт, что эта ночь забрала огромное количество моей магии. И ощущение беспомощности оказалось столь чудовищным, что я не возразила вовсе против оков.
Дракон же, коснувшись пальцами тонкого сверкающего браслета, холодно произнес:
– Вы останетесь здесь до моего возвращения. И до тех пор, пока мы не поговорим откровенно, вы мое поместье не покинете. Анабель, я устал наблюдать, как вы отчаянно лжете самой себе. И не желаю более подвергать вас опасности. Я вернусь до заката. Замечательного вам дня. Recedere!
С бесконечным чувством собственного бессилия я взирала на черного дракона, стремительно покинувшего комнату, к которой он приковал меня. То, что он отозвал заклинание времени, было моим утешением весьма недолго. И когда в спальню вошли горничные в сопровождении миссис МакАверт, я сидела, осознавая чудовищность положения, в котором оказалась.
– Мисс Ваерти, я приготовила ванну, – сказала одна из горничных поместья Арнелов.
– Мисс Ваерти, з-з-завтрак, – несколько запинаясь, произнесла другая.
– И ваша постель готова. – Это третья, ее имя мне тоже было неизвестно.
А ни одно из сообщений не порадовало вовсе.
– Я отправила сообщение миссис Макстон. – Единственной, кто меня порадовал, оставалась миссис МакАверт. – И лорд Арнел покинул поместье, а значит, ваше доброе имя и репутация не под угрозой. Вам не стоит так… переживать.
– Благодарю вас, – сдавленно отозвалась я, все так же мрачно взирая в окно.
Во всем произошедшем имелась одна деталь, которая напрочь уничтожала любые теплые чувства к этому дракону, – магически сотворенная цепь, ведущая от моей руки к кольцу, приделанному к стене близ любезно расстеленной для меня прислугой постели.
– Destrui! – то ли пятнадцатая, то ли шестнадцатая попытка уничтожения оков ни к чему не привела.
На цепь посмотрела я, посмотрели горничные, воззрилась даже сама миссис МакАверт, но, увы, – цепь оказалась совершенно неумолима и уничтожаться жестоко отказывалась.
– Я уверена, этому есть объяснение, – начала очередную попытку оправдания своего хозяина экономка.
– Несомненно, есть! – воскликнула с энтузиазмом, коего совершенно не испытывала. – Вот только еще бы узнать какое!
И я с глухим стоном откинулась на спинку кресла – лорд Арнел все равно уже скрылся среди облаков, так что испепелять взглядом небеса было совершенно бессмысленно.
Присутствующие в спальне девушки украдкой переглядывались, и взгляды их неизменно затрагивали цепь, которая своим наличием затрагивала мою гордость поболее того факта, что глава Вестернадана запер меня в своем поместье. Единственным утешением являлось то, что это хотя бы оказалась не спальня самого лорда Арнела. Но все мое утешение было уничтожено одним тихим замечанием юной горничной:
– Какие уж тут объяснения? Это ведь смежная спальня с покоями хозяи… – Она не договорила, осекшись под яростным взглядом миссис МакАверт.
Но экономке Арнелов пришлось ответить мне, раз уж горничной она заткнула рот одним взглядом. И миссис МакАверт ответила:
– Мне очень жаль, мисс Ваерти.
Я промолчала, с трудом сдерживая гнев.
Спальня, смежная с его спальней! О, лорд Арнел мог гордо проваливать из своего поместья сколько угодно, мог даже не появляться здесь более никогда, но… положение выделенной мне спальни слишком явно указывало на мое положение, и вряд ли даже абсолютное исчезновение градоправителя Вестернадана могло хоть как-то повлиять на те руины, в которые окончательно превратилась вся моя репутация.
– Мисс Ваерти, – осторожно позвала меня миссис МакАверт, – простите за вопрос, который, вероятно, покажется вам глупым и неуместным, но… Мне хотелось бы самой понять, с чем связан подобный импульсивный поступок лорда Арнела, я… не ожидала подобного и не могу осознать, от чего хозяин пришел в подобную ярость. Вы…
– Отказалась стать его женой, – прерывая несвязную речь потрясенной экономки, довольно резко ответила я.
В следующее мгновение тишина в спальне хозяйки поместья Арнелов стала поистине гробовой.
– Вы… – потрясенно пробормотала миссис МакАверт, – отказались? Но почему?
Спросила только она, но в помещении, изукрашенном белоснежными занавесями, хрустальными люстрами и златотканым, несомненно, безумно дорогим ковром, подобный вопрос читался в глазах у всех присутствующих.
Судорожно вздохнув, я укоризненно посмотрела на миссис МакАверт, подняла руку, демонстрируя приковывающую меня к стене цепь, и с нескрываемой более полной бессилия и гнева яростью тихо произнесла:
– И вы еще спрашиваете почему?!
Все проследили за цепью, ведущей к кольцу в стене у постели и поспешно отвели взгляды от меня.
