Аристократическо-драконий нос лорда Арнела выдержал все с достоинством, вызвавшим уважение, после чего, не переступая порога, градоправитель сообщил:
– Вылет после заката. Мисс Ваерти, в столице вы будете находиться под защитой моего имени, так надежнее. Миссис Макстон, издеваться над портными будете также в столице, в нынешней ситуации на это нет времени.
И высказавшись, лорд Арнел молча, но крайне выразительно посмотрел на меня. Я же была более чем разочарована, учитывая имеющиеся планы.
– Мне бы хотелось остаться здесь, – произнесла с некоторым нажимом на последнее слово.
– Нет, – последовал безапелляционный ответ. – У нашего врага, как выяснилось, есть пути доступа на территории драконов. А у вас отсутствует чувство самосохранения, и даже если вы поклянетесь могилой Стентона, что не покинете защищенного центра Вестернадана, веры вам нет никакой. Вы летите с нами, мисс Ваерти, желаете вы того или нет. Что касается ваших людей – выбор за ними. Будут готовы к закату – отправятся вместе с вами, не будут готовы…
Договаривать он не стал.
– Приятных снов, мисс Ваерти.
И, развернувшись, дракон ушел.
Мистер Уоллан чинно закрыл дверь. Не менее чинно ее запер, после чего повернулся и взглянул на меня, присоединившись ко всем вопросительным взглядам, что имели место быть.
Пришлось объяснить:
– Ночью выяснилось, что проводить трансформацию драконов действительно способна только я. Даже имеющий полную схему профессор Энастао не сумел завершить начатое достойно, подвергнув опасности жизнь лорда Бастуа. Таким образом, я невольно становлюсь бесценным научным кадром для Арнела.
В гостиной повисло тягостное молчание.
Но ненадолго.
– Спать! – потребовала всегда деятельная миссис Макстон.
– Сначала поесть, – потребовал не менее деятельный мистер Оннер. И сказал: – Ночь у нашей мисс Ваерти выдалась та еще, скажу я вам. И как только на ногах держится.
Что ж, но отдых мне сейчас требовался больше всего.
Спустя четверть часа я лежала в постели, не вслушиваясь в ворчание миссис Макстон, задергивающей тяжелые гостиничные портьеры и погружающей мою спальню в полумрак, потому как, во-первых, использовала заклинание света, а во-вторых, вела записи в тетради.
Меня поразила ситуация с лордом Бастуа.
– Мисс Ваерти, заканчивайте вы это и спите уже, – потребовала миссис Макстон.
А после вдруг остановилась, повернулась ко мне и вопросила:
– Вас не пугает поездка в столицу?
Вопрос, застигший меня врасплох.
Захлопнув тетрадь, я несколько кратких мгновений размышляла о вопросе моей почтенной домоправительницы и пришла к совершенно невероятному выводу:
– Она меня радует.
Тяжело вздохнув, миссис Макстон призналась:
– Меня почему-то тоже. Отдыхайте, мисс Ваерти.
Сон, что мне снился в то утро, был пугающе реален.
Я проснулась и села, столь сильно переживая события сновидения, что несколько мгновений не могла понять, где я и что происходит, но тут открылась дверь, вошла миссис Макстон и сообщила:
– Без четверти восемь, мисс Ваерти.
Рухнув обратно на подушки, я около минуты смотрела в потолок, пытаясь понять, что же насторожило меня в привидевшемся мне сне. Что же насторожило меня настолько, что я пытаюсь ухватиться за ниточку, даже не осознавая, что она присутствует?
Как тот ужасный крик, что раздался в ночи, едва я въехала на территорию Вестернадана. И я ощущала, что что-то не так, что случилось нечто, весьма пугающее, и мне следовало бы в этом разобраться. Но однажды столкнувшись с чудовищным преступлением, я почти инстинктивно пыталась избегнуть второго. Вопрос лишь в том – какого именно?
– Подать вам завтрак в постель? – несколько встревоженно вопросила миссис Макстон.
Вновь сев, я отбросила волосы за спину, и взгляд зацепился за мою тетрадь. Не отвечая на вопрос домоправительницы, я потянулась к тетради, раскрыла ее, и током по нервам ударило чудовищным пониманием – случившееся с лордом Бастуа не могло быть случайностью!
Всем чем угодно – расчетом, подлогом, подлостью, но не случайностью!
