Эта история вспомнилась Арману именно сейчас. Ему казалось, что она имеет решающее значение в сегодняшнем походе, однако диких зверей нигде не наблюдалось. Это обстоятельство не очень-то радовало Армана, так как он знал, что не видеть зверя хуже, чем его видеть.
Он продвигался все ближе к лесу и наконец, дошел до первых деревьев. Небольшой сосновый лес теперь казался непроглядным. Арман остановился перед самой чащей,вглядываясь в ее густую глубину. Разглядеть что-либо на расстоянии пятидесяти метров было невозможно. Все от травы до солнца закрывали могучие ветвистые сосны с темно-зелёными иголками. Ночью в этом лису на ум могли прийти ужасные вещи, и в темноте вполне можно было провалиться от страха, услышав внезапный шорох или тихий осторожны рык. Однако и сейчас в дневное время Арман достаточно сильно боялся входить в чащу. Но общая тишина леса, мерный запах сосен успокоили его.
Арман минуту постоял у чащи, потом шагнул вперед и устремился в глубину. В его планы входило пройти около ста двадцати метров вглубь леса, затем повернуть направо и пройти еще пятьдесят ближе к середине леса. Он устремился по грязной дороге вдоль разбросанных сосен. Его старые ботинки порой утопали на миллиметр в грязи. Он оглядывался по сторонам, поднимая голову к верху,словно ожидая атаку с воздуха. Смотрел на деревья и пытался не вглядываться в глубину, чтобы не почувствовать головокружения, причиной которого мог бы стать лесной воздух и сосредоточенный не отрывающийся взгляд вперед. Он шел, все также утопая ботинками в грязи, надеясь найти твёрдую землю, где можно было бы начать раскопки.
Лопата порой сильно давила на плечо и ему приходилось снимать ее с плеча и волочь за собой, словно ленивую собаку на поводке, а мешок он сложил и засунул под мышку, так идти было намного удобнее.
Арман прошел достаточно глубоко, что бы, наконец,повернуть направо и пойти ближе к центру. На его удивление поворот был удачным. Грязи стало меньше, и чем больше он откланялся вправо, тем тверже становилась земля под ногами. Теперь он шел увереннее. Никаких посторонних звуков вокруг не было. На некоторое время он стал чувствовать себя в безопасности.
Кривые сосны наравне с прямыми привлекали его юношеский взгляд. Он шел и думал о своем. Арман любил сосны с малолетства. Давно, когда он еще только начинал ходить в деревенскую школу, у себя во дворе он нашел любимое дерево и вплоть до подросткового возраста ходил к нему. Когда Арману было грустно, он подходил к красивой завивающейся сосне, словно макака взбирался на нее и сидел там, пока не успокаивался. Он разговаривал с ней, любил ее, как живого человека и всегда вспоминал о ней с душевным трепетом. Впоследствии это чувство исчезло, а сейчас было совсем забыто.
В своем возрасте Армана интересовала геология и девушки, других интересов у него не было. Сейчас он думал о геологии. Он предвкушал серьёзную находку. Шел и представлял, как найдет залежи меди, словно клад оставленный пиратами на необитаемом острове, как раскопает все подчистую и наполнит свой мешок до середины. Он знал, что больше не дотащит. Его привлекала сама возможность такой находки и будоражила одна мысль о реальности найденной меди. Он продвигался вперед,ступая по твёрдой земле, и представлял будто уже нашел столько меди, что можно начинать проводить полноценные геологические исследования. Естественно он не доверил бы никому исследовать найденные залежи кроме самого себя.
От ухода в мысли его пробудил голос разума, он будто очнувшись, оглядел лес, обернулся и подумал о том, что может ничего не найти.
Он остановился в тот момент, когда почувствовал что дальше идти нельзя, иначе можно заблудиться в лесу. Место для раскопок он выбрал просторное. Маленькая лысина посреди леса по сравнению с другими местами, заросшимисоснами, казалась открытой и подходящей для дела. Солнце ярко светило сквозь верхушки деревьев. Свет пробивался на полянку и падал Арману на голову.
Он кинул мешок на землю и подошел к центру поляны, примиряясь и отмеряя то место, где необходимо раскопать яму. Лопатой он оставил полоски по четырём углам прямоугольника и принялся копать.
Копал по десять минут, потом отдыхал. Ему предстояло раскопать яму полтора метра глубиной и почти метр шириной. Арман знал, что чаще всего медь лежит на большой глубине. Однако в некоторых случаях она может лежать и на поверхности. На это он и надеялся, копая и вытирая пот со лба каждые десять минут во время отдыха. Железная лопата поначалу его не слушалась. Когда одна нога соскальзывала, он пытался ударять лопату второй. Но сам процесс копания земли был для него не основной проблемой. Главной проблемой были надоедливые корни, которые так и норовили помешать лопате впиться в земную твердь и отделить от нее кусочек. Корни приходилось силой рубить, еще резче ударяя по лопате и чаще меняя ноги.
