Она села на лавочку, стоявшую возле памятника, и посмотрела на озеро. Оно было очень красиво в этот вечерний час. В нем яркими разноцветными огнями переливалась вечерняя Женева. В памяти всплывали картинки старого города, по которому она бродила сегодня днем, – тесные извилистые улочки, низкие дома, простоватые, почти без украшений. Все такое маленькое, но уютное, незамысловатое, но знакомое. Вспомнила, как легко дышалось ей сегодня в парке. И как, несмотря на свое дурное состояние, увидев розовеющий вдали, за неправдоподобно синим озером, еще более неправдоподобно красивый в предзакатный час Монблан, она не могла не восхититься в тысячу первый раз. Вспомнив все это, Жанна поняла, что на первые два вопроса она уже ответила. А если у нее и были сомнения, то она оставила их там, в задымленной Москве вместе с выброшенными за ненадобностью мокроступами. А раз есть ответ на два первых вопроса, то очевиден ответ и на третий.
Придя домой, сразу села за стол и написала обещанное письмо.
«Милый мой Сереженька!
Только что вернулась с острова Руссо – помнишь, последний раз мы там сидели до поздней ночи как-то в июле? Ты еще все уговаривал меня вместе поехать в Москву, я почти согласилась, и мы мечтали, как там все замечательно устроим.
Наверное, этот остров располагает не только к философским размышлениям, но и к мечтаниям. А может, присутствие Руссо так действует? Ведь он тоже был не только философом, но и завзятым мечтателем. Кто еще, как не мечтатель, мог всерьез рассуждать о равенстве, справедливости, надеяться на построение государства разума?
Я сегодня подумала: сколько же русских, наверное, мечтали здесь же о возвращении в Россию? Может быть, конечно, не на этом острове, но где-то в Женеве. Первая волна эмиграции еще в девятнадцатом веке, после революции вторая, потом третья… И вообще, сколько было этих волн? А мы кто – тоже очередная эмигрантская волна? Наверное… Но в любом случае нам проще – у нас есть возможность выбора. Хотя, кто сказал, что это проще? Я имею в виду, когда можно выбирать: остаться здесь или вернуться на родину. Мы, по-моему, с тобой и на эту тему спорили. О чем мы только не разговаривали тогда, когда ты был здесь со мной!
Вроде бы совсем недавно, а кажется – это было в другой жизни. Тогда у нас была одна жизнь на двоих или хотя бы ее видимость. Теперь наши жизни разделились на две. Навсегда. Я окончательно поняла это сегодня. Для того, чтобы объяснить тебе почему, мне опять придется вспомнить о волнах.
Помнишь тот обед, когда мы сидели в ресторане в Коппе – последний безоблачный день наших отношений. Так вот, там у тебя вдруг резко и беспричинно изменилось настроение. И ты, пытаясь объяснить свои ощущения, сказал, что тебя будто бы накрыло волной и все стало зыбко, серо и неуютно. И даже немного страшно – а вдруг не выплывешь? Я еще тогда посмеялась над твоими страхами и напомнила эпизод, который произошел незадолго до этого.
Мы выбрались с тобой на уик-энд на юг, под Ниццу. Было уже совсем не жарко, и на море штормило. Но ты все равно полез купаться и затащил меня. Вода была холодной, но тебе было – напрашивается банальное, но в данном случае очень верное сравнение – море по колено. А мне было очень страшно. Я вообще не большая любительница купаться, а уж в такую погоду… Но все-таки полезла за тобой – не хотелось ударить в грязь лицом. Нет, определенно, сегодня меня тянет исключительно на банальные сравнения. Наверное, потому, что хочется сказать о самом важном, а не тратить время на литературные изыски. Короче, ты мне объяснил, что главное – это преодолеть волну: поднырнуть под нее, набрав воздух в легкие, и вынырнуть подальше. А там – уже относительно гладкое море, волны небольшие и плавать не опасно. Ты все это и проделал на моих глазах. У тебя здорово получилось. И ты плавал там, за большой волной, резвясь как мальчишка. Я все боялась, а ты сердился и призывно махал мне рукой. Наконец я все-таки нырнула под очередную накатившую волну. Сделала я это только потому, что ты так хотел, ты меня заставил. Сама бы я не решилась.
Ну и что же произошло? Меня покрутило, повертело под водой, поскребло по песку и выбросило туда же, откуда я и стартовала – на берег. Только состояние мое было таково, что меня до сих пор в дрожь бросает, когда я подумаю о купании в море.
Я думаю, ты все понял. Ты у меня настоящий пловец. Сейчас вдруг подумала еще о твоем увлечении серфингом. Вспомнила, как лихо ты носился под раздувавшимся парусом на своем любимом озере. Это все одно к одному. Ты не боишься волн. Ты их умеешь обуздывать. Может, тебя когда-то и накрыла волна. Но ты уже преодолел ее, и наиболее опасный, штормовой, участок моря позади. Теперь перед тобой, возможно, и не гладкие, однако уже не такие страшные водные просторы. Я желаю, чтобы ты доплыл до своего заветного острова – все мы в итоге надеемся его найти. А я уж останусь на том, на который когда-то, довольно давно, меня вынесла волна и куда на днях меня опять прибило. Видно, навсегда. Ведь я по-прежнему боюсь плавать.
