У неё дёргается губа, будто она вот-вот разревётся. У меня сжимается сердце. Если я не признаюсь и не посвящу Брианну в наши тайны прямо сейчас, наша дружба в опасности. Она перестанет со мной разговаривать.
Я распахиваю дверь.
– Заходи. Я всё объясню.
Проходит минут двадцать, а Брианна ещё в шоке. Я рассказала обо всём, что она пропустила за последние три дня, не упомянув, почему я ей об этом не сообщила раньше. Надеюсь, она не спросит.
– Обалдеть, – выдыхает она. – Просто… обалдеть.
Конечно, обалдеть. Я тру глаза, желая, чтобы всё это просто исчезло. В Чикаго меня не беспокоили легенды и проклятия. Там я бы и не узнала о Милой Молли.
– Так вы, ребята, верите, что легенда о Молли правдива и она за вами охотится? – спрашивает Брианна, вытаращив глаза – они у неё как тарелки.
Я пожимаю плечами.
– Когда ты так ставишь вопрос, то кажется, что всё это глупо.
– Не глупо, – поправляет она. – Просто неожиданно. Обычно вы такие практичные. А Эмми…
Ей даже нет смысла заканчивать предложение. Я точно знаю, что она хочет сказать. Эмми – скептик до глубины души. Она не верит в легенды и никогда не верила. Так и я тоже, пока меня это не коснулось.
– Даже если всё это правда, кое-что бессмысленно, – добавляет Бри.
Она поднимает голову, и её тёмно-карие глаза резко выделяются на фоне зловещего грима.
– Самая популярная легенда о Молли гласит: если вы перейдёте ей дорогу у маяка, она утащит вас в воду в отместку за гибель брата. Но вы оба очнулись у маяка, проклятого места, и она вас не утопила?
– Как видишь, – говорит Джошуа, похлопывая себя рукой, словно он выставочный экспонат.
Эмми хихикает.
– Погодите. Разве проклят не весь город?
Хотя мама сосредоточена на истории с гробом в «Холме», я слышала, как она рассказывает посетителям про Молли. И не раз.
– Я наслышана, что Молли прокляла весь Истпорт за смерть Лиама.
– Я тоже, – не отрываясь от телефона, соглашается Джошуа. – И-и-и, тут возникает проблема. Кажется, существует множество разнообразных вариантов легенды.
Он показывает нам экран телефона. Мы толпимся вокруг, глядя на десятки сайтов о Милой Молли и о множестве проклятий.
Замечательно.
Я отхожу и вздыхаю.
– И это не единственное, что не имеет смысла. Нутром чувствую, что за всеми нашими неприятностями стоит Молли, но как-то всё выстраивается не идеально.
– Ну, раз уж Сара на параде играла роль Молли, то, похоже, она в этом замешана? То же самое с лунатизмом, когда вы во сне идёте к маяку. Это всё связано с легендой, – отвечает Эмми, хлопая по слову «парад» в блокноте. – И гавань, и ямки в песке имеют смысл. Это место, где стоял корабль Лиама.
Она права. Хотя доки со временем перестроили, гавань Истпорта находится в том же месте, где она была, когда Лиам был капитаном. На стене магазина, где продают рыболовные принадлежности, висит табличка, что это историческая достопримечательность.
– А вот слово «стоп»… Оно как-то не связано с легендой о Милой Молли, – размышляю я, вспоминая ясные буквы на фотографии.
– Старуха тоже.
Джошуа разочарованно кидает телефон на коврик.
– Она не вписывается в легенду. Милая Молли была молодой и красивой. Девушкой в белом. Старуха, которую я вижу в кошмарах… нет.
– Правда. Если Милая Молли охотится за нами и это часть её проклятия, тогда кто старуха?
Я озадачена.
– Она не может быть Молли, ведь та умерла молодой.
– Она не умерла, – блеснув глазами, говорит Бри. – Просто кое-кто хочет, чтобы все в это верили.
Мы оторопело смотрим на Брианну. Нас как обухом по голове стукнуло.
– О чём ты говоришь? Все легенды гласят, что Милая Молли, умирая, прокляла жителей города. Значит, она умерла, Бри.
Бри качает головой, и на её бледных губах появляется едва заметная улыбка.
– Нет. По легенде, она умерла. А на самом деле прожила в соседнем городке до восьмидесяти двух лет.
Никто из нас не знает, что сказать, и все молчат. Я чувствую себя старым принтером, который прекращает работу, потому что память перегружена задачами. В голове теснятся мысли. И мозг не справляется.
– Но откуда ты об этом знаешь? – спрашивает Джошуа.
– Ну как же? – прозаично отвечает Бри. – Мне неважно, настоящий ли персонаж, которого я собираюсь играть, или нет, но я не смогу перевоплотиться, пока не узнаю о нём всё.
– Итак, ты провела расследование о Молли?
Эмми возбуждённо подаётся вперёд.
Бри гордо кивает.
– Ну конечно! Если я собираюсь сыграть Молли, мне её нужно понять, верно? Я перекопала множество материалов и теперь точно знаю, что легенды о ней врут. Врут всегда.
И у меня закрадывается мысль, что дело гораздо серьёзнее, чем я предполагала. Забудем про три неожиданности, сейчас их сотни. Я хочу знать всё, что раскопала Бри. Всё до конца… Но сначала мне нужно ей кое-что сказать.
– Прости, Брианна! Не надо было от тебя это скрывать.
Я нервно глотаю воздух.
– Я боялась, что ты… как бы это выразить… будешь драматизировать происходящее.
Бри удивлённо открывает рот.
– Не понимаю. Как это?
– Я боялась, что ты разболтаешь об этом другим актёрам, или для большего эффекта используешь это для перевоплощения, или ещё как-нибудь.
