Мистер Эндрюс преподает историю в Портовой школе. А ещё он местный краевед, который знает всё об Истпорте. Если он уверен, что Молли Маршалл на этом документе та самая Милая Молли, я ему верю.
– «Джон Фландерс и Симус Макмаллиган были капитанами на корабле «Фрейя», – читает Джошуа статью на ноутбуке. – Они перестали выходить в море, когда их сменил Лиам».
Эмми открывает рот от удивления.
– Погодите, это что же, родители Молли назвали её в честь капитанов корабля? Кто так делает?
– Наверное, люди, которые любят корабли, – размышляю я.
Бри прячет фотокопию свидетельства о браке в папку.
– Как говорит мистер Эндрюс, тогда в Истпорте корабли играли важную роль. Капитанов просто боготворили. И в том, что детей называли в честь известных моряков, не было ничего необычного. Как и в честь человека, их крестившего, или важной фигуры в городке…
– Ничего удивительного, что Молли сменила имя, когда переехала, – шепчу я. – Просто вычеркнула всё, связанное с кораблём, на котором погиб брат.
– Или с людьми, – добавляет Эмми. – Оборвала все связи.
– А как же родители? – спрашиваю я. – С ними тоже порвала?
Глаза Брианны темнеют.
– Нет. Они умерли за год до гибели Лиама.
Комнату заполняет тишина. На мгновение страх перед Молли меняется на что-то другое. Печаль. Сочувствие? Молли потеряла родителей, а потом и брата. Я не ожидала, что сегодня испытаю что-то кроме раздражения и ужаса, но рассказ Бри всё меняет. И я полна решимости с этим разобраться. Не только ради самой себя и Джошуа… но и ради Молли.
Я смотрю на папку Бри.
– У тебя есть для нас что-нибудь ещё? Что-нибудь полезное?
– Нет, пожалуй. Только свидетельство.
Бри чешет щёку и стонет, когда белый грим падает на толстовку.
– Ребята, мне надо это смыть! Я вся обчесалась.
– Можешь помыться в моей ванной, – предлагаю я.
– Спасибо!
Она вскакивает и поднимается по лестнице, волоча за собой подол платья.
– Возьми в комоде какие-нибудь спортивные штаны. А то у тебя странный вид, – смеюсь я и поворачиваюсь к Джошуа и Эмми. – Я такого не ожидала.
– Я тоже, – кивает Джошуа.
И голос у него печальнее обычного. Наверное, чувствует то же, что и я.
– Кроме того, что всё это очень грустно, меня кое-что беспокоит, – начинаю я. – Если мистер Эндрюс знает про Молли, почему он об этом не говорит? Почему допускает ложь?
– Так меня тормознули по той же причине, Мэл, – фыркает Эмми. – Город делает деньги на легендах, а не на правде. Я пыталась докопаться до истины в истории с гостиницей, и смотри, что вышло. А ведь это не самая важная наша легенда…
– Если люди будут знать правду, легенды не будут никого пугать, – говорю я.
– Это точно, – хмыкает Эмми. Похоже, она злится. – И поток туристов уменьшится. А меньше туристов – меньше денег…
Джошуа ложится на спину, кладёт голову на диван и смотрит в потолок.
– О чём задумался? – интересуюсь я.
Он качает головой, но на меня не смотрит.
– Не знаю. Я совсем растерялся. И после рассказа Брианны легче не стало. Какие-то зацепки не совсем совпадают, но я уверен, что это её рук дело. Она преследует нас, Мэл. И не потому, что грустит…
Он замолкает, встречаясь со мной взглядом.
– По-моему, она злится.
Я вспоминаю, что произошло со мной в гавани.
Старуха. Сначала в её голосе слышалась печаль, но когда я не смогла понять, чего она хочет, она пришла в ярость. Когда я поднимаю глаза, Джошуа всё ещё говорит.
– Дело не только в ужасных происшествиях, которые с нами случились. А… Такое чувство…
– Словно за тобой наблюдают, – говорю я, и моё сердце начинает биться быстрее.
Он резко выпрямляется.
– Ты тоже это чувствуешь?
– Всё время. С тех пор как мы переехали сюда.
Я встречаюсь с ним взглядом и дрожу от страха.
– Что, если это она наблюдает за нами? Что, если старуха, являющаяся нам в снах, – это и есть Молли?!
Лицо Эмми бледнеет, и на нём отчетливее выступают веснушки. Она смотрит то на меня, то на Джошуа.
– Когда я расследовала легенду о гостинице, то отвлеклась и прочла статью о привидениях в Новой Англии.
Привидениях? По телу бегут мурашки.
– И о чём там писали? – спросила я.
– Там говорилось, что привидения – это люди, которые ищут мести после смерти. А вдруг проклятие существует на самом деле и привидение Милой Молли вас предупреждает?
– Мы вроде договорились, что проклятия ненастоящие, – возражает Джошуа, вставая. Он вышагивает перед диваном взад-вперёд.
– А теперь что, снова-здорово?
– Не знаю, но в этом есть логика. Вы с Мэллори здесь новички. Вы не верите во всю эту чепуху про легенды. У вас есть какой-нибудь сувенир: чашка, брелок, или что там они продают в магазинах?
Джошуа отрицательно качает головой.
– Родители купили мне брелок, но я его не ношу. Напоминает о том, как я скучаю о Чикаго, – вздохнув, говорю я.
Не очень часто я в этом признаюсь. Как-то неловко сравнивать новую жизнь со старой, особенно когда у меня здесь появились друзья.
Я не хочу, чтобы они чувствовали, что мне чего-то не хватает.
