Наверху, над нашими головами, что-то начинает шипеть, и через секунду раздаётся электронный голос из громкоговорителя:
- Милые дамы! Хочу сделать небольшое объявление! – голос одного из охранников. Мужик стоит на посту и говорит в микрофон, прицепленный к вороту его костюма. – Завтра у нас будет небольшой праздник, поэтому чай и кофе в столовой отменяются. Во время завтрака, обеда и ужина повар будет разливать пиво, вино и водку соответственно, чтобы не было понижения градуса. Те, кто из вас не употребляют алкогольные напитки, могут сейчас получить пластиковую бутылку у повара и набрать себе на завтрашний день воды.
Какая забота и щедрость. Даже смешно.
- С чего бы это они решили дать нам алкоголь? – Киря подозрительно косится на охранников, а те стоят на посту и смеются во всё горло. – Пошли за водой, Тём.
***
Ночью просыпаюсь от того, что в соседней камере насилуют мужчину. Перебираюсь к Кире на нижнюю койку и, обняв его, засыпаю.
========== 21. Я трахаться хочу, Тём ==========
Охранники забавляются, как могут. Выплеснули на нас спящих ведро воды, мы с Кирей подпрыгнули на месте.
- Вот козлы, - говорит друг, когда пьяные мужики отходят от нашей камеры.
Я молчу, отряхиваюсь. Мокрый весь. Сейчас бы под горячую воду. Но о душе я могу только мечтать. Еще пять дней до похода в душевую. Нечеловеческие условия в лагере. Это злит. А злость свою выплеснуть некуда. Я даже набить морду никому не смогу – побоюсь. Только и могу ныть да жаловаться. Сажусь на мокрую постель, дрожу от холода.
- Ещё утро, а ты уже раскис весь, - Киря садится передо мной на корточки. Такой же мокрый, как я. Его волосы прилипли ко лбу, рукой он зачесывает их назад. – Соберись, Тём. Сегодня ещё один говняный день.
Вот тут он прав на все сто. После завтрака попробую ещё раз прошвырнуться по коридору, вдруг новеньких уже посадили в камеры.
- Просыпайтесь, шлюхи! Завтрак вас ждёт! – кричит в громкоговоритель пьяный голос.
Делаю глоток воды из литровой бутылки, и вместе с Кирей выхожу из камеры.
На завтрак дают один маленький и чёрствый кусочек хлеба. Твари, они издеваются. Зря я думал, что после трехдневной голодовки смогу спокойно, не нервничая, оставаться голодным. Нифига. Есть хочу сильно. Съедаю хлеб. За соседним столом мужики пьют пиво. Десяти минут не прошло, а они уже пьяные.
- А вы чего сидите? – к нам подходит Рыжий. У него щетина такая же рыжая, как и волосы. Руки волосатые видно. Пальцами держит пластиковый стакан с пивом, делает глоток и улыбается Кириллу.
- Потому что мы не пьём, - отвечаю.
- Зря. Алкоголь в этой дыре дают раз в год, как раз на этот праздник, - он напрягается, пытается вспомнить, за что все пьют. – День какого-то там работника. Охранника, наверно.
- В чём подвох? – спрашивает у него Киря. Рыжий садится рядом с ним и делает еще глоток.
- Подвох в том, что кто подерётся пьяным или будет буянить, того выебут, - мужик улыбается. – А ты представь, сколько будет таких. Еды нет, воды нет. Есть только бухло. Пить сегодня будут все.
- Я не буду.
- Будешь, - он с нежностью смотрит на Кирю и что-то говорит ему на ухо.
- Пошёл на хуй, Рыжий! – возмущается друг. Щёки у него покраснели. Представляю, что сказал ему мужик.
- Так я с удовольствием, малыш, - Рыжий жмётся к Кире, и в этот момент я готов убить их обоих.
***
В обед почти все пьяны. Мы с Кирей с ужасом смотрим на заключенных. Половину из них сегодня оприходуют, а они даже и не узнают, возможно.
- Знаешь, я бы, наверно, выпил, - вдруг говорит друг. – Жрать и пить охота дико.
Он смотрит на меня вопросительно. Отрицательно мотаю головой, хотя в желудке урчит.
- Выпьем и засядем здесь, носа никуда не высунем. М? Давай! Мы же с тобой даже ни разу не пили вместе.
Заманчиво, конечно. Но нет.
***
Ужин. Я в такоооое мясо.
Мы с Кирей в камере у какого-то мужика. Он рассказывает анекдот, друг смеётся, а я перевожу взгляд с одного на другого. Как мы оказались тут? Кто этот мужик?
- Кирь, где я? – комната медленно растекается перед глазами, как будто я по волнам плыву на надувной лодке. Не тошнит, и хорошо.
- Ладно, мы пошли, - Киря прощается с мужиком за руку и выводит меня из камеры.
- Я нажрался, Кирь.
- Тём, ты выпил четыре рюмки водки, я даже не думал, что тебя развезёт так.
Мы проходим по пролёту второго этажа. Наша камера на противоположной стороне. Идём к ней. Вижу Рыжего. Мужик подходит к Кире и, отталкивая меня, целует его. Взасос. С таким чувством целует, что я даже трезвею немного. А Кирилл его рук не убирает, отвечает на поцелуй. Он тоже пьян. Да? Стопроцентно!
Лижутся несколько секунд, Рыжий уже стягивает с себя комбинезон. А я стою, жду, держась за перила. Как неловко и очень бесит. Трахаться собрались прямо здесь, видимо. И вообще… Какого черта он моего друга лапает этот рыжий хуесос? Хватаю его за волосы, тяну на себя со всей силы.
- Эй, ты! Отъебись-ка от него! Нам в камеру надо.
Рыжий даже внимания не обращает, только рукой отталкивает меня. Я падаю на жопу, неуклюже поднимаюсь и вижу, как мужик прижимает Кирю к стене. Друг, кажется, не особо и против, меня даже не замечает.
