Завтра Киря должен вернуться, а я до сих пор не придумал, как незаметно попасть в Костину спальню. Мало того – балкон запирается, значит, нужен ключ. Ключ у Кости, и он отдаст его только если к голове ему приставить пушку. И то – не факт. А если отдаст, то в спальне должен находиться Киря с пистолетом. И что сделать, чтобы его привели туда? Рано я радуюсь – сам еще не попал к Бесу. Надо сделать всё возможное, чтобы оказаться там.
Камеру открывают, но я не выхожу. Ни на завтрак, ни на обед. Пиздую на ужин. Голый. Стесняюсь страшно, а что делать? Привлекать к себе внимание как-то надо. Если камеры работают, Костя меня точно заметит. Козёл.
Сижу, ем. На меня поглядывают мужики, один смельчак даже садится рядом.
- Познакомимся?
Блядь, как в тупой комедии. Смешно до ужаса, но я сдерживаю улыбку и отвечаю согласием.
Мужчина садится рядом со мной, начинает гладить меня по спине. Рыжий у окна пялится во все глаза, недоумевает. Конечно, он не понимает, что я задумал. Надеюсь только, что план мой не провалится, и не придется спасаться бегством в свою камеру.
- Ты, вроде, такой юный и уже такой развратный, - говорит мужчина, улыбаясь мне. У него нет двух передних зубов, а на брови – шрам. Охрана постаралась, вне всякого сомнения. – Пойдем ко мне? Я отлично трахаюсь!
- Я, кстати, тоже!
Улыбаюсь ему, отодвигаю тарелку и поднимаюсь. Мужик берет меня за локоть. Боится, что убегу? Иду следом. Поднимаемся на второй этаж, сразу заворачиваем в камеру, и мужик, опустившись на колени, берет в рот мой член.
Черт. Почему так быстро? Я даже сообразить не успел.
Прижимаюсь к стене, пытаюсь отпихнуть от себя его голову, а он только глубже засасывает меня в свой рот. Проводит руками по моему животу, по ногам. Держится за них, насаживаясь на член. Приятно, конечно, но…
Пытаюсь отвлечься. Разглядываю камеру, противоположную сторону помещения и охранников, которые заглядывают к нам. Хватают мужика быстро, руки заворачивают и начинают избивать. Один держит, другой бьёт.
- Ты совсем охуел?
Блядь, он спустился ко мне с небес, определенно. Марк. Стоит в дверях клетки и пытается убить своим злобным взглядом.
- Хочу Костю, - отвечаю, на что он подозрительно щурится. Подхожу к нему и пытаюсь подражать его взгляду. – Он же специально приходит ко мне, чтобы трахать на глазах у друга, скажи?
Говорю я тихо, но Марк прекрасно меня слышит. В какой-то момент его взгляд становится хитрым, и, толкнув меня к стене, он наклоняется надо мной.
- Что ты задумал, маленький гадёныш?
- Позови его.
Он выходит из камеры, смотрит на меня долгим, проницательным взглядом и уходит. Идёт за Бесом.
Как же легко он сдался. Всё так просто – говорю, что хочу видеть, и Марк сразу выполняет мою просьбу. Как будто я действительно что-то значу для Беса. Очень смешно!
Бегу к себе в камеру. Умываюсь холодной водой, пытаюсь унять дрожь в теле. Щеки горят от стыда и страха. Сейчас мне предстоит самая сложная игра в моей жизни. Я должен буду врать и улыбаться этому гаду. А врать я не умею…
========== 40. Сделай мне больно ==========
а давайте музяку послушаем?))
Bob Moses – Far From The Tree
___________________________________
Зря я надеялся, что затея моя прокатит, и Костя по первой просьбе прибежит. Он, конечно, пришел. Но случилось это глубокой ночью. Разбудил меня и отделал так, что я не был уверен, смогу ли утром подняться с койки.
- Ещё выкинешь что-нибудь подобное, и я тебя точно по кругу пущу, - сказал он перед тем, как уйти.
И только после сказанного я понял, что он ревнует. Всё происходящее до сегодняшнего дня сложилось в единую картину – да, это была ревность. Только странная, какая-то двуликая, страшная. Он позволил изнасиловать меня, отрезать любимые волосы – значит, любовью это назвать было никак нельзя. Но когда трахал меня, прижимая к стене, когда смотрел мне в глаза, он что-то шептал. Что-то о том, какой я сладкий, красивый и маленький. И я понял, что если он увидит, как ко мне еще раз прикоснется другой человек, он убьёт – и его, и меня.
***
Утро.
Жду Кирю, а его всё нет. Только к обеду друга приводят в камеру. На нём живого места нет. Лицо в кровоподтеках, тело в синяках и ранах. Охранники заносят его в клетку и бросают на койку. Сразу бегу к нему и, путаясь в одеяле, чуть не падаю.
Киря, бедный. Лучше бы я не пытался поцеловать его. Из-за меня он так пострадал.
- Малыш…
Голос у него хриплый. Глаза не открывает, но знает, что я здесь, слышит меня.
- Хватит меня уже малышом называть. Мы с тобой ровесники.
Сажусь рядом с ним, но дотронуться боюсь. Представляю, как ему больно.
- Я тебя на полгода старше, так что заткнись, - он пытается улыбнуться и приоткрывает глаза. – Мне сломали пару ребер точно. И отъебали так, что на всю жизнь хватит.
Не могу слушать такое, не хочу, чтобы он рассказывал мне, но друг продолжает.
- Сперва один, потом второй. Косоглазый мудак ещё, который пизданул мне. Я всех запомнил. Запомнил лица этих тварей, – он еле слышно смеется и приподнимается на локтях. – Но даже, если будет шанс, я никого не убью. Выебу просто. Покажу им, кто тут, блять, доминант.
- Кирь, хватит…
