Я на мгновение замерла. Лицо Гарри, минуту назад искажённое болезненными воспоминаниями, вновь стало непроницаемым, холодным. Он словно натянул на себя маску. Глаза его вдруг остекленели, а на губах, как по щелчку пальцев, появилась ленивая улыбка.
– Не боишься высоты? – спросил он, кивнув на колесо обозрения.
Мы сели в полупрозрачную кабинку, которая начала поднимать нас ввысь. Перед нами открылась панорама Росфилда. От красоты и высоты захватило дух, захотелось смеяться и кричать во весь голос.
Краем глаза я заметила, как Гарри, сидящий напротив, пристально наблюдает за мной. Я оторвалась от окна и перевела на него вопросительный взгляд:
– Что-то не так?
– Зачем тебе понадобились картины в доме Основателей?
Мои губы непроизвольно дрогнули.
– Этой мой первый вопрос, – наклонил голову Гарри.
– Долгая история, – отмахнулась я.
– Нам некуда торопиться, – его лицо было серьёзным. На секунду мне показалось, что я нахожусь на допросе. – Фотографии у меня, и я хочу знать, зачем я их делал.
Первым делом я подумала: нужны ли мне эти фотографии? Может, к чёрту всю эту мистику? Я и так по уши в дерьме. Моя мать лежит в психушке, отец – в больнице, и я могу присоединиться к одному из них, если продолжу копаться в тайнах Росфилда. Уже неделю я не прикасалась к кулону, выбросила из головы все мысли об особняке и тэльских символах. И мне совершенно не хотелось возвращаться в это болото.
– Нет смысла скрывать от меня истинную причину посещения благотворительного вечера, – мягче добавил он. – Я могу помочь тебе, но для этого я должен понять, что происходит…
– С чего ты решил, что я нуждаюсь в помощи?
– Не нуждаешься?
– Перестань отвечать вопросом на вопрос.
Гарри вздохнул:
– Недавно я пообщался с Элли. Она сказала мне, что в последнее время с тобой происходят «странные вещи», и всё началось пару недель назад, когда ты притащила в школу какой-то кулон.
– Чтоб её!
– Так или иначе, я оказался в это втянут, – он задумчиво потёр подбородок. – Поэтому имею право узнать, во что именно.
С минуту я молчала, а после без особых подробностей рассказала ему о том, что произошло со мной за последние дни. Гарри слушал меня так, будто каждое слово, выходившее из моих уст, было крупицами чистой мудрости. Пока я говорила, его взгляд время от времени опускался на мои губы, затем снова встречался с моими глазами. Иногда он задавал уточняющие вопросы, но ни разу не подверг мои слова сомнениям.
В итоге я поняла две вещи: во-первых, Гарри не просто так пригласил меня на вечернюю прогулку, он хотел выведать информацию. Во-вторых, он увяз в этом болоте намного раньше меня.
Когда я закончила, Гарри устало потёр лицо ладонями и удивлённо уставился на меня. Я и сама удивилась тому, как легко он развязал мне язык.
– И что? – спросила я, вздёрнув плечами. – Даже не назовёшь меня безумной фантазёркой?
– Восемь лет назад в этом городе пропала моя сестра, – вдруг сказал Гарри отстранённым голосом. – Через год безрезультатных поисков мои родители решили уехать из Росфилда. Я плохо помню свою сестру, но после того, как я вернулся сюда, она начала мне сниться каждую ночь. Я не вижу её лица, только чёрную бесформенную тень, но я точно знаю, что это она. Иногда мне кажется, что я схожу с ума…
Я закрыла глаза. Волоски на моей шее встали дыбом. У нас с Гарри слишком много общего.
– Я уже год страдаю от кошмаров, – ответила я, распахнув глаза. – Психолог сказал мне, что со временем это пройдёт.
– Я вижу не просто кошмары, Джуди. Сестра просит меня о помощи. Она хочет, чтобы я её нашел.
Я нахмурила брови, застигнутая врасплох его словами.
– Твоя сестра до сих пор числится пропавшей без вести?
– Её давно признали умершей. Но тело так и не нашли.
Я поёжилась. Гарри посмотрел мне в глаза, и это напрочь лишило меня возможности адекватно мыслить. Его взгляд был таким пронзительным, что мне показалось, он увидел мою душу.
– Что случилось с твоим братом? – спросил он, заставляя меня окончательно потерять контроль над ситуацией.
– Откуда ты…
– Элли.
– Чёрт бы её побрал!
Я откинулась на спинку сиденья и перевела взгляд в окно, прикидывая, как скоро мы окажемся на земле. Я не готова была вспоминать самый страшный эпизод своей жизни. Когда умер Сэм, что-то внутри меня надломилось. В тот вечер я потеряла не только брата, но и себя.
Внезапно Гарри поймал мою руку и приложил её к своей шее, где ритмично пульсировала жилка. Каждый миллиметр моей кожи загудел. Я сглотнула и покачала головой.
– Я не хочу говорить об этом…
Гарри поднял на меня глаза:
– Почему?
– Потому что я не верю, что парень, которому недавно исполнилось семнадцать лет… – я сглотнула, – у которого была вся жизнь впереди, планы на будущее и любящие родители, мог совершить самоубийство.
– Самоубийство? – переспросил он, затаив дыхание.
Я кивнула.
– Это официальная версия. «Отравление гипотензивным препаратом», – поджав губы, я тяжело вздохнула. – Я до сих пор не могу с этим смириться. Сэм просто не мог так поступить с нами. Со мной.
Я почувствовала, как пульс Гарри под моей ладонью участился.
– Ты думаешь, ему кто-то помог?
– Я в этом уверена.
