— Фух, — облегченно выдохнул ткот. — Домой… Погоди ка, надеюсь под «домой» ты не подразумеваешь ту пещеру? Если честно, план твой был какой-то…
— План был вполне хорош, — ворчливо сказал Элемрос, — пока я думал, что существо, которое убило Мелли и Грифа, был тот незнакомец. Поскольку выясняется, что это не он, прятаться в пещере бессмысленно.
— А в прошлый раз какой смысл был?
— Какой ты нудный, — вздохнул Элемрос. — Хочешь, чтобы я признался, что план был глупый? Хорошо, он был глупый. Когда тебе мертвым голосом угрожает… не пойми кто, трудно мыслить здраво.
— Ситуация ведь ухудшилась, правда? — робко спросил ткот.
— Не обязательно, — задумчиво сказал Элемрос. — Тот голос сказал мне что-то типа что я в его темнице, и эта дверь не откроется. Незнакомец хотел, чтобы мы убрались из этого мира, у существа, будем пока звать его так, цель, похоже, другая — не выпускать меня отсюда. По-другому я не могу истолковать его слова. Думаю, Мелли и Грифа оно убило потому, что они слишком близко подошли к разгадке того, где находится анкерная пирамида.
Элемрос немного помолчал.
— Думаю мама с папой тоже погибли по той же причине, — тихо закончил он.
— То есть ты хочешь сказать, — поспешно заговорил ткот, стараясь отвлечь Элемроса от грустных мыслей, — что сейчас у нас есть фора?
— Именно, — кивнул Элемрос. — Существо думает, что устранило возможность открытия портала. «Песня менестреля» уничтожена, фульгурит тоже… ты проверил, они же уничтожены?
— Абсолютно.
— Ну вот. Значит можно заняться поисками пирамиды, стараясь не привлекать к себе излишнего внимания. Думаю о тебе существо не знает, иначе…
— Иначе уже убило бы меня, — спокойно сказал ткот. — Я вроде как невидим, почти для всех, но именно что “почти”.
Элемрос промолчал.
— Ладно, — ткот встряхнулся. — Значит, предположим, фора у нас есть, но проблема тут в том, что мы не имеем ни малейшего представления, что это за существо.
— Это и неважно, — пожал плечами Элемрос. — Какая разница, что оно из себя представляет? Упадет на тебя машина или самолет, результат будет один и тот же. Важно другое: кого оно из себя изображает.
— В смысле?
— В смысле это должен быть тот, кто все это время следил за нашей семьей, Мелли и Грифом. Тот, кому было известно о поисках анкерной пирамиды. А это может быть кто угодно. Коллеги моих родителей, их друзья, любой из тех неведомых охранников, о которых говорила Марта. Так что существо для нас пока остается невидимкой.
— Да уж, — ткот нахмурился. — Сиди и жди, пока оно снова нанесет удар.
— Ждать мы не будем, — решительно сказал Элемрос. — Продолжим искать пирамиду, как и собирались. Поехали, наконец, домой.
Сказано — сделано. Не теряя больше времени, наш герой оседлал велосипед, ткот устроился у него на плече, и они поехали домой.
Дверь им открыла Элли.
— Марта ушла, — сообщила она, помахивая своим любимым ершиком для пыли. — Попросила присмотреть за ребенком.
— Не знал, что он у тебя есть, — парировал Элемрос. — Кто отец?
— Уел, — сказала Элли. — Иди мой руки, я пока еду разогрею.
Элемрос пошел в душ, смывать последствия купания, ну а ткот куда-то испарился, сказав, что в такое дивное утро не съесть шоколада — преступление.
Полчаса спустя, сытый и вымывшийся Элемрос сидел у себя в комнате вместе с ткотом, вернувшимся из своего набега. Морда у него была тоже сытая, такая же, как и у Элемроса.
— Готов? — спросил ткот. — Ощущение будет странное, предупреждаю.
Элемрос глубоко вдохнул и кивнул.
— Ну тогда вперед.
С этими словами ткот вспрыгнул ему на плечо и лапами сжал Элемросу виски.
— Поехали? — спросил ткот и, не дожидаясь ответа, вдруг выпустил когти.
Десять иголок, по пять на каждый висок. Ткот не соврал: это было то еще ощущение.
Но оно не шло ни в какое сравнение с тем, что последовало потом. Элемрос вдруг увидел очень близко от своего носа асфальтовую дорожку. Кроме того, мир странно покачивался из стороны в сторону, так что неприятный комок скакнул к горлу Элемроса и едва не вырвался наружу. Впрочем, неприятные позывы закончились также быстро, как и начались.
— Ого, — прошептал Элемрос, глядя как мимо него проносится мир, причем проносится он таким образом, как если бы он летел невысоко от земли. Как я уже говорил, поначалу ощущения было чертовски неприятные, но стоило Элемросу лишь осознать, что он видит мир глазами ткота, и на смену тошноте пришел восторг.
Это было словно оказаться в самом совершенном симуляторе виртуальной реальности. Он ощущал асфальт под лапами, необычайно остро чувствовал все запахи и краски были очень яркими, словно у всего мира внезапно улучшили резкость.
— Тебе повезло, что я не настоящий кот, — голос ткота возник у Элемроса в голове, как будто кто-то передал ему телепатический сигнал, ну или, как если бы он спятил и услышал свое второе «я». — Будь я настоящим котом, ты бы видел тусклый мир, который расплывался бы в серую кашу на расстоянии в 6 метров.
— Здорово, — восхищенно пробормотал Элемрос. — Хотя к ощущению нужно привыкнуть.
