– Я тоже. Просто прочитала однажды где-то и запомнила. В одном я уверена: за плотские грехи после смерти не наказывают. Наказание за них мы несем еще в этой жизни. Впрочем, ты уже в курсе.
– Мне просто жаль, что я причинила всем столько проблем.
– Раньше надо было думать. Впрочем, на то и юность, чтобы ошибаться.
– А вы ошибались в юности?
– Еще как. Не так ужасно, как ты, но и мне есть что вспомнить.
Она улыбнулась, показывая, что шутит. А может, она и не шутила. Это было уже не важно. Главное, что она разрешила мне вернуться.
– Спасибо, что приехали за мной, Пег.
– Я скучала. Ты нравишься мне, малышка, а если мне кто понравился – это на всю жизнь. Такое у меня правило.
Ничего более прекрасного мне в жизни не говорили. Минуту я грелась в лучах ее слов. Потом радость поугасла: я вспомнила, что не все настолько великодушны, как тетя Пег.
– Я боюсь встречаться с Эдной, – призналась я наконец.
Пег удивленно повернулась ко мне:
– А зачем тебе с ней встречаться?
– Как же иначе? Мы все равно увидимся в «Лили».
– Эдна больше не живет в «Лили», малышка. И не работает. Она готовится к премьере «Как вам это понравится» в театре «Мэнсфилд». Они с Артуром уехали еще весной. Поселились в «Савое». Ты не знала?
– А как же «Город женщин»?
– Ох, малышка. Ты вообще ничего не слышала, верно?
– Не слышала о чем?
– В марте Билли предложили перейти на другую сцену – в театр «Мороско». Он согласился, забрал постановку и ушел.
– Забрал постановку?
– Ну да.
– Забрал «Город женщин»? Отнял его у «Лили»?
– Не забывай, что он сам написал пьесу и сам же ее поставил, поэтому формально она принадлежит ему. Так он рассуждал, когда озвучил мне свои планы. Впрочем, я и не спорила. Сразу поняла, что смысла нет.
– Но как же?.. – Мне не удалось закончить вопрос. «Как же всё и все?» – вот что я хотела спросить.
– Именно, – отвечала Пег. – Как же? А вот так. Это Билли, детка. Что с него возьмешь. Ему предложили хорошую сделку. Ты знаешь «Мороско»? Это театр на тысячу мест. Больше зрителей – выше сборы. Само собой, Эдна последовала за Билли. Спектакль шел в «Мороско» несколько месяцев, пока Эдне не надоело. Она вернулась к своему Шекспиру. На ее место взяли Хелен Хэйс, но это уже не то. Хелен мне нравится, не подумай чего. Играет она не хуже Эдны, но у нее нет изюминки Эдны. Ее ни у кого нет. Гертруда Лоуренс лучше бы подошла на эту роль – у нее есть собственная изюминка, – но Гертруда уехала из города. Вообще-то, Эдне действительно нет равных. Но в «Мороско» все равно аншлаги каждый вечер, и Билли гребет деньги пачками.
Я даже не знала, что ответить. Новости подкосили меня.
– Подбери челюсть, детка, – улыбнулась Пег, – тебя как будто пыльным мешком по голове огрели.
– Но как же «Лили»? И вы с Оливией?
– Да как всегда. Работаем. Снова ставим дурацкие маленькие пьески. Пытаемся привлечь окрестную публику. Но теперь война, стало сложнее. Половина Манхэттена на фронте. И ходят к нам одни бабушки с детьми. Вот почему я согласилась работать для верфи: нам нужны деньги. Оливия была права – впрочем, она всегда права. Она знала, что Билли снова пустит нас по миру. Да и я в глубине души не сомневалась в таком финале. Он еще и наших лучших артистов забрал. Глэдис ушла с ним. Дженни и Роланд.
Она говорила необыкновенно спокойно. Будто предательство и разорение – самые заурядные вещи.
– А Бенджамин?
– Увы, Бенджамина призвали на фронт. Хоть тут Билли не виноват. Можешь представить Бенджамина в армии? Руки пианиста, сжимающие винтовку? Такой талант пропадает зря. Мне больно о нем думать.
– А мистер Герберт?
– О, мистер Герберт все еще с нами. Мистер Герберт и Оливия никогда меня не бросят.
– А Селия? От нее нет вестей?
Это был даже не вопрос. Ответ я уже знала.
– Ни словечка, – подтвердила Пег. – Но я бы на твоем месте за нее не волновалась. У этой кошки еще осталось шесть жизней. Но знаешь, что самое интересное, – продолжала Пег без всякой связи с Селией Рэй, судьба которой явно ее не заботила, – Билли тоже оказался прав! Он же говорил, что мы сможем поставить хит, – и мы поставили! У нас получилось, Вивиан. Оливия не верила, что «Город женщин» ждет успех. Она думала, пьеса провалится, но как она ошибалась! Прекрасное было шоу. Не зря я рискнула и доверилась Билли. Было ужасно весело, пока все не закончилось.
Я слушала ее и выискивала хоть малейший признак печали или сожаления, но не нашла.
Пег заметила, что я уставилась на нее, и рассмеялась:
– Ну не надо так таращиться, Вивиан! Тебе не идет.
– Но Билли же обещал, что не будет претендовать на пьесу! Я сама слышала тогда, на кухне в «Лили», в первое утро после его приезда!
– Билли много что обещал. Но почему-то так и не оформил свои обещания письменно.
– Не верится, что он на такое способен.
