– Послушай, малышка, я знаю Билли вдоль и поперек и все равно позвала его. И не жалею. Отличное же вышло приключение! В жизни нужно проще ко всему относиться, Вивви. Мир меняется каждую секунду. Научись не противиться переменам. Человек дает обещание, а потом нарушает его. Спектакль получает хорошие отзывы, а потом закрывается. Брак кажется прочным, а потом бац – и развод. Ненадолго воцаряется мир, а потом вдруг начинается очередная война. Если расстраиваться по каждому поводу, превратишься в несчастную дуру – что тут хорошего? Но хватит про Билли: как ты провела этот год? Где была, когда напали на Перл-Харбор?
– В кино. Смотрела «Дамбо». А вы?
– На стадионе «Поло граундз», на футболе. «Гиганты» играли последний матч сезона. А в конце второй четверти по громкоговорителю вдруг объявили, что всех военнослужащих немедленно призывают в штаб. Я сразу поняла: беда на пороге. Но тут Сонни Франк получил травму, и я отвлеклась. Сонни Франк, правда, тут ни при чем. Он отлично играл. Но что за несчастливый выдался день! А ты была в кино со своим женихом? Напомни, как его звали?
– Джим Ларсен. Откуда вы знаете, что у меня был жених?
– Твоя мама сказала вчера вечером, пока ты собирала вещи. Слава богу, что свадьба не состоялась. Кажется, даже твоя мама рада, хоть и не показывает виду. У нее сложилось впечатление, что он тебе не слишком-то нравился.
Я остолбенела. Мы с матерью никогда не откровенничали о Джиме. Мы с ней вообще никогда не откровенничали. Как она узнала?
– Он был хорошим парнем, – пробормотала я.
– Похвально. Ну так пусть получит приз за моральные качества, но «хороший» – не причина выходить замуж. И аккуратнее с помолвками, Вивви. Не вздумай завести привычку обручаться с первым встречным. Помолвка может привести к свадьбе, не успеешь оглянуться. Зачем ты вообще согласилась?
– Не знала, куда себя деть. И он был добр ко мне.
– Многие девушки именно поэтому и выскакивают замуж. Неужели так сложно найти себе другое применение? Господи, девчонки, лучше хобби себе заведите!
– А вы почему вышли замуж? – спросила я.
– Потому что Билли нравился мне, Вивви. Очень нравился. И это единственная причина для замужества – если человек тебе очень нравится. Он и сейчас мне нравится, между прочим. Вот только на прошлой неделе мы вместе ужинали.
– Правда?!
– А почему бы и нет? Слушай, я понимаю, ты сейчас злишься на Билли – и не ты одна, – но вспомни, что я тебе раньше говорила насчет моего правила.
Я не ответила, потому что уже успела забыть, и Пег мне напомнила:
– Если мне кто понравился, это на всю жизнь.
– Ах, точно. – Но я все равно злилась на Билли.
Пег снова улыбнулась:
– Что приуныла, Вивви? Думала, правило распространяется только на тебя?
В Нью-Йорк мы приехали вечером.
Было 15 июля 1942 года.
Гордый и незыблемый, город вырастал из гранитного фундамента меж двух темных рек. Ряды небоскребов мерцали, как цепочки светлячков в бархатистом летнем воздухе. Мы миновали опустевший величественный мост, широкий и длинный, как крыло кондора, и въехали в город. Многолюдный и насыщенный. Реальный и полный глубокого значения. Величайший метрополис мира – по крайней мере, для меня он всегда был и остается таким.
Меня охватил благоговейный трепет.
И я поклялась пустить здесь корни и никогда больше не покидать Нью-Йорк.
Глава двадцать четвертая
Наутро я снова проснулась в прежней квартире Билли. Только на этот раз лежала в кровати одна. Ни Селии, ни похмелья, ни мучений.
Должна признать, было очень приятно владеть постелью безраздельно.
Я лежала и слушала звуки просыпающегося театра. Звуки, которые не надеялась услышать снова. Кто-то пустил воду в ванной, и трубы протестующе взвыли. Два телефона зазвенели одновременно: один наверху, другой – в конторе на нижнем этаже. От счастья у меня кружилась голова.
Я надела халат и пошла на кухню сварить себе кофе. Там я обнаружила мистера Герберта: тот сидел на своем обычном месте в своей обычной нижней сорочке, уставившись в блокнот, пил свою растворимую бурду и сочинял реплики для предстоящего шоу.
– Доброе утро, мистер Герберт! – выпалила я.
Он поднял голову и, к моему изумлению, улыбнулся.
– Вижу, мисс Моррис, вы вернулись, – ответил он. – Прекрасно.
К полудню мы с Пег и Оливией отправились на Бруклинскую военно-морскую верфь, где меня должны были ввести в курс моих новых обязанностей.
