Наконец из храма вышел Суйдей. Махнув, он поманил девочку за собой. Пройдя через притвор, она впервые попала в главную залу монастыря. Огромное помещение поражало воображение своими размерами и убранством. Каменные стены, делившие свою монолитность с горой, увенчивались теряющимся в тенях сводчатым потолком. По всей высоте отображался ансамбль монументальной росписи, в виде знаковых моментов истории человечества и Поднебесья. Первая встреча с Пророками. Передача первым помазанникам символа веры. Ипостаси святых правителей в боковых апсидах залы. Белоснежные горы и мерцающие водопады. Краски блестели в тусклом дневном свете, доносившемся из узких арочных окон, украшенных бесцветным витражом. Маня еще не понимала смысла этих непревзойденных изображений, но груз всевышней божественности уже лег на ее плечи, стоило только их лицезреть, придавливая к земле и пробираясь в голову.
По всей протяженности залы когда-то стояли длинные скамьи, небрежно отодвинутые теперь к стенам. Повсюду валялись опрокинутые жаровни, столики, ритуальные предметы и ветхие книги. В дальнем конце, у алтаря, раскинулся шелковый шатер из кроваво-красного полотна. Над ним привычно разместилось огненное знамя, слегка трепетавшее на сквозняке. Сюда-то и вел девочку Суйдей.
Подойдя к шатру, воин преклонил колено, выставив перед собой согнутую руку. Маня поспешно последовала его примеру, усевшись немного позади, но вышло у нее весьма неуклюже. Они замерли в тревожном ожидании. Возникшую тишину нарушали лишь завывания холодного ветра. И шелест страниц. Затем раздался громкий скрип отодвигающегося сидения и наружу вышел Посланник.
Под мышкой он зажал небольшой деревянный сундук. Его пустые глаза без зрачков, как и узоры клейма, едва прикрытые меховым плащом, до сих пор мерцали бледным голубоватым сиянием. Сам он выглядел иначе, став еще выше и шире в плечах. От его дыхания исходил мерцающий пар. Бой с богородным перевоплотил его в нечто большее. Если раньше его вид внушал пылкую огненную угрозу, теперь же его окружала ледяная решимость. И от этого становилось еще более жутко. Его шею обвивала толстая, отполированная до блеска, стальная цепь, украшенная кулоном в виде стеклянной колбы. Внутри нее можно было разглядеть плотно прижатую тисками, такую же блестящую, как и цепь, фигурку в виде воина, державшего в своих руках меч, опущенный острием в землю. Скульптурка казалась смутно знакомой, но Маня не могла припомнить, чтобы видела ее раньше.
– Встан’ Суйдей, – тихо прорычал он.
– Да, вождь, – повиновался тот, резко подскочив и выгнувшись натянутой струной. Его взгляд устремился куда-то в стену, не смея коснуться лица Посланника.
– Мне доложили о твоем ус’пехе, – сказал великан, обходя его по кругу. – Жалкие защ’итники остались без своих правителей. Лишенный обороны город пал быстро. Тебе ест’, что добавит’?
– Да, мой вождь, – громко ответил Суйдей. – Девчонка. Она следовала моим указаниям и сделала то, чего ты ожидал от нее. Я прошу разрешения стать ее баг’шаном. Ее пламя нужно разжечь!
Вождь оставил Суйдея и неспешно подошел к Мане. Эхо его шагов разносилось по каменной зале топотом тысячи солдат.
– Вот и ты, дерзкая букаш’ка. Встан’!
Маня повиновалась, и поднялась с колен. Пусть страх и сковал сердце, она смело уставилась прямо в его глаза. Посланник засмеялся.
– Ты изменилас’ с нашей последней встречи. Покажи свое клеймо.
Маня скинула с себя рубаху, явив перед ним свою порозовевшую от стыда грудь. Это уже начинало становиться дурной традицией.
Посланник вперил свой призрачный взгляд в новые узоры, изучая скрывавшуюся в них историю. На лице застыла сосредоточенная гримаса. Он провел пальцем по нежной, болевшей после клеймения коже. Маня не издала ни звука, сгорая тем временем от боли и отвращения.
– Клеймо воина! – прорычал исполин и повернулся к Суйдею. – Ты просишь сделат’ тебя баг’шаном этой девки? Таковую награду ты выбрал?
– Да, вождь, – ответил воин. – Она спасла мою жизнь, а я спас ее честь. В моих глазах она достойна стать членом мхаграев. После должного обучения, – торопливо добавил он.
– Она послужит нашим цел’ям, – кивнул Посланник. – Да будет так. Как твое имя, воитель? – он повернулся к девочке.
–
Вождь снова рассмеялся.
Он встал перед ними, распахнув плащ и выпятив грудь. Грузно дыша, Посланник поднял повыше сундук, покоившийся в его руках. Запустив в него руку, он явил им маску. Твердая древесина, изображавшая звериный оскал, была выкрашена в матовый угольно-черный цвет, хищные глазницы пересекали красные зигзаги.
– Ты верно служит’ мне долгие годы, Суйдей. Своим воинам я обещаю, – Посланник посмотрел на девочку, встретив ее взгляд, – награду за верност’ и смерт’ за предател’ство. Те, чья жизн’ принадлежит моей орде, вознесутся в почете. Те, кто посмеет подвести меня – сгорят в моем пламени.
Он снова повернулся к своему воителю и передал ему маску. Суйдей благоговейно принял ее и прижал правой рукой к сердцу, склонив голову в знак благодарности.
– Благодарю, вождь!
