– По возвращении, отец раструбил о том, что мы сотворили. Рунволд же рассвирепел и поразил его молнией с самых небес. Остальную команду без разбора бросили связанными посреди глубоких вод. А меня… Меня Рунволд пощадил. Но навсегда изгнал прочь с островов, запретив возвращаться обратно. С собой я смог унести лишь отцовский меч и идол, который утаил ото всех. Чтобы покинуть острова, мне пришлось разменять книгу торгашу из Технограда, чей корабль как раз собирался отправиться в путь из нашей столицы.
– Но ты же успел что-то прочесть в этой книге? – немного помолчав, спросила Настасья.
– Толком ничего, – ответил Трор. – Я пока не слишком силен в чтении на старородском. Это было нечто вроде руководства. О том, как собрать воедино идолы Богов, и для чего этим нужно вообще заниматься.
– И зачем же? – спросила девушка.
– Якобы они заточены в некой…тюрьме. Ух, я не знаю, звучит как бред, но фигурки оказались реальными и были именно там, где и описывалось в книге. По крайней мере те, что олицетворяют Лема и Свальда. – Трор примолк, серьезно взглянув на возлюбленную.
– Но что за тюрьма? Где она расположена?
– Достань карту, – велел Трор.
Настасья поспешила извлечь из одежд замызганный, промокший под вчерашним дождем листок. Трор развернул карту на столе и ткнул пальцем в точку у подножья Поднебесья.
– Здесь. Это место в книге называлось неким городом, где в каменных башнях заточены старые Боги.
– Но кто составил эту карту? И поведал о том, как освободить Богов?
– Я думаю тот же, кто разложил фигурки по этим значимым для Богов местам, – задумчиво ответил Трор и посмотрел на супругу. – Они явно появились там не сами собой. Настасья. Мне иногда кажется, что я погубил наши с тобой жизни ради непонятного мифа. Я не хочу подвести тебя. И наше дитя. Прости меня.
Настасья подсела рядом с ним и нежно обняла его за плечи. Ей не доводилось видеть возлюбленного в таких расстроенных чувствах. И все, что она могла сейчас для него сделать, это подарить молчаливое утешение.
Они проснулись с первыми утренними петухами. Настасья лежала на Троре, наслаждаясь теплом его тела. Он слушал ароматы ее волос и мечтал о спокойной жизни вдали от суеты и опасностей, где они смогли бы просто растить своего ребенка, забыв о надвигающейся буре. И он знал, однажды этот день наступит.
Но до тех пор, оставалось решить всего один пустяк. Выжить.
– Настасья, – прошептал на ухо девушке Трор, – нельзя, чтобы обе фигурки оставались у нас.
– Я понимаю, – ответила Настасья, поглаживая его мерно вздымающуюся грудь. – Если нас поймают…
– Я этого не допущу, – отрезал Трор. – Мы уйдем с тобой на восток, сквозь Темный лес. Но сначала отправимся в Охочий лог.
– Зачем?
– Там, у подножья гор, живут племена януки, кочевой северный народ. Один из племенных охотников, посещающих Лог, мой старый друг Тан. Я отдам ему Свальда, он сможет надежно укрыть идол.
– Ты ему настолько доверяешь? – поднявшись на руке, спросила Настасья.
– Он не раз спасал мне жизнь, – с серьезным лицом ответил Трор, – а я ему. Он часто ходил с нами в походы. В конце зимы и до самого лета он обычно живет в городе охотников, так что, думаю, мы его застанем там.
Настасья кивнула в знак согласия и натянула укрывавшую их простыню повыше.
Водянистый и непроглядный, словно мутная река, ворох идей и мыслей окружал со всех сторон. Лишал воздуха, утягивал на дно тысячей рук и жалобных воплей. Горький привкус образов обжигал рот и язык, разъедал кислотой глаза. Слишком много времени он провел среди них. Дольше чем обычно. Но так хотелось получить ответы на мучившие вопросы. Кто-то звал его с поверхности. Нужно плыть к голосам, иначе он сгинет среди бездонной пучины. Приходилось активно помогать себе руками и ногами, выталкивая себя прочь из спутавшихся в клубок страстей, желаний, не сбывшихся надежд и разочарований.
Ярослав резко распахнул глаза и повалился на руки, тщетно пытаясь отдышаться. Воздуха не хватало, словно он только что вынырнул из настоящего водного плена. Руки, ноги, да все тело дрожало, снедаемое тревогой от близости к смерти. Быть может и не его смерти, но тех людей, что покинули этот мир, оставив свои отголоски для Ярослава.
Успокоившись, он огляделся. Вокруг него собрались старик Яромир, еще не сменивший свой зимний меховой плащ, кот Черныш, взволнованным взглядом взиравший на друга и сидевший рядом лунный волк Вьюнок, вымахавший за последние годы в монструозное грозное животное, размером с медведя.
– Ярослав, – обратился к нему старец, – как ты себя чувствуешь? Ты понимаешь, что я говорю?
– Да, Яромир, – кивнул в ответ юноша. – Извините, если я задержался.
– Задержался? – воскликнул Черныш. – О, Боги, какой упертый мальчишка! Ты просидел тут со вчерашнего утра! Нельзя же так!
– Ох, – удивился Ярослав. – Я не ожидал, что все затянется настоль долго.
Яромир по-отечески положил ему руку на плечо и спросил:
– Ты узнал то, зачем мы пришли, друг мой?
– Да! Но давайте поговорим не здесь, – сказал Ярослав, ткнув пальцем в небо. – Собираются тучи. И я зверски голоден. Вы уже нашли укрытие?
