Над двором, усыпанная узкими прорезями арочных окон с бесцветными витражами, возвышалась высокая стена из серого каменного кирпича, плавно соединявшаяся с основанием горы. Создавалось впечатление, что монументальное строение просто вдавили в скалу, и уже не смогли извлечь обратно.
– Это там, – нетерпеливо указал на стену Ярослав. – Оттуда доносится этот голос.
– Главная зала, – ответил старец, – здесь собирались прихожане на время молитв и песнопений. Вход туда ведет через притвор, но боюсь, там мы рискуем наткнуться на стражников.
– Есть другой путь?
– Ну разумеется, друг мой, – улыбнулся Яромир. – В скале сокрыто множество коридоров и переходов. Некоторые из них ведут в залу с противоположной стороны, за Купелью. То был хрустально чистый горный источник, который заговорил самый настоящий богородный от самого Хлада. Вокруг источника мы построили пруд, и каждый мог испить из него. Хотя сомневаюсь, с приходом Поднебесья там осталось хоть что-нибудь. Ну, пойдем, будь начеку.
Поднявшись со двора по еще одной узенькой лестнице, старик повел их по неприметному темному коридору-кишке, уходившему в бок от выхода к притвору. По каменным стенам разносилось далекое эхо чьих-то разговоров и споров, но самих людей пока не было видно. Неровной тропой коридор вывел их к крохотному алькову без дверей, откуда виднелась главная зала монастыря.
Присев на колени, удерживая лук наготове, Ярик аккуратно выглянул из-за угла. Его взору предстала поразительных размеров зала, куда вошла бы, пожалуй, вся его родная деревня. Дневной свет освещал рельефный сводчатый потолок, место, где храм встречался с могучим телом горы. Стены были расписаны рисунками в виде божественного вида фигур, внушавшими благоговейный трепет. От них исходила странная аура, подавлявшая всяческое сопротивление, проникавшая глубоко в мысли и желания, заставляя уверовать в исключительную силу отображенных покровителей.
К горлу подступила тошнота. Ярослав понял, что старинная роспись пытается завладеть им, навязать ему свою волю, совратить на свою сторону и покориться. Он призвал на помощь свои сокрытые силы, расставляя барьеры вокруг сознания. Давление ослабло и сошло на нет, испуганно отступив перед неизвестной силой.
Ярослав повернулся к старику и увидел, как тот лежит на коленях, побледнев, содрогаясь в рвотных порывах. Юноша бросился к нему, воздев руки над седовласой головой. Мысленно воплотив вокруг его головы препятствия, Ярослав облегченно вздохнул, увидев, что старик успокоился и начал ровно дышать.
– Боги, что это было, – тихо спросил он, придя в себя.
– Эти рисунки на стенах, они зачарованы, – ответил Ярослав. – Они давят на разум, пытаются завладеть тобой.
– Вот почему у Поднебесных столько последователей. Они просто промывают мозги обычному люду. И даже богородным, неспособным защититься от этих коварных сил. Спасибо, мальчик мой.
Ярослав кивнул и вновь выглянул из укрытия. Женский голос, не смотря на расставленные им барьеры, все еще пробивался к нему, взывая отчаянной мольбой. Он доносился из роскошного шатра из красного полотна, стоявшего совсем рядом с ними, возле алтаря и кафедры. Казалось, протяни руку, и плач прекратится.
– Это здесь, в этой палатке, – шепнул он старику.
– Давай аккуратненько проберемся туда.
Скрываясь под сенью алтаря, на котором расположился символ веры в Поднебесье в виде перевернутого острым углом вниз треугольника из переплетенных меж собой стальных прутьев, ползком, Ярослав подобрался к шатру и прислушался. Казалось, внутри был пусто. Оттуда не доносилось ни единого звука. Осторожно отодвинув кусок ткани, он заглянул в шатер, где его ожидало богатое по-королевски оформленное убранство. Роскошная мягкая кровать, множество шкафов, заставленных книгами и свитками, стойки с оружием и броней, шкуры диковинных животных поверх стен. Такого царского убранства ему не доводилось видеть прежде. И это только одна комната, из которой вел проход в следующую. Без сомнений, тут жил тот самый огненный великан, руководивший дикой Ордой.
Таинственный зов превратился в надсадный крик. Он раздавался совсем рядом. Ярослав подобрался к источнику, которым оказалась небольшая простенькая шкатулка с золотистой застежкой. Содрогаясь от волнения, он откинул крышку и обомлел. На небольшой красной подушке внутри шкатулки лежала небольшая женская фигура, выполненная из розоватого аметиста, испещренного фиолетовыми прожилками. Черты ее лица, словно живые, были неописуемо прекрасны. Казалось, на юношу смотрит самая настоящая миниатюрная девушка, обвившая руками свои изящные длинные волосы. Это было самым прекрасным, что доводилось ему когда-либо видеть. Взяв ее в руки, Ярослав понял, что крик прекратился. Девушка успокоилась, чувствуя себя спасенной из плена.
