– Отправление через три часа на борту десантного корабля «Тритон», – продолжает генерал, поднимаясь из-за стола. – Судно оснащено артиллерийскими установками, зенитными комплексами для прикрытия и беспилотниками разведывательного назначения. Также в вашем распоряжении будут наземные дроны поддержки огня для использования на объекте. У вас будет полный арсенал штурмового оружия, гранатомётов и противопехотных мин. Герметичные биоконтейнеры с системой подавления активности захваченного объекта и переносные барьеры с антивирусными фильтрами в течение часа загрузят на корабль. Всё остальное – по запросу Синга. Вопросы есть?
– Задача ясна, генерал, – быстро отвечаю я, встречаясь с сумрачным взглядом Синга. Мне показалось, или он выглядит настороженным?
– Дерби, перед отправкой зайди в лабораторию, – добавляет Одинцов, задержавшись в дверях. – Заберешь у координатора снабжения портативные вирусометры. Синг и Белова, за мной. Вы мне еще нужны.
Путь до лаборатории занимает двадцать минут на бронемобиле. Я пересекаю северо-западный сектор острова, где расположены исследовательские объекты. Этот участок – максимально охраняемая зона Полигона. Здесь нет привычных шумных спортивных площадок, как в других секторах. Только ровные асфальтированные дороги, обнесенные колючей проволокой с датчиками, и автоматические турели. По периметру главного здания виднеются сторожевые башни, откуда бойцы неустанно наблюдают за территорией. Лаборатория больше похожа на подземный бункер, чем на научное учреждение.
Подъехав к пропускному пункту, я глушу двигатель личного бронемобиля и жду, пока автоматические сканеры на воротах проводят проверку. Допуск, звание, табельное оружие, личные данные для идентификации, даже уровень радиации – всё фиксируется мгновенно.
Когда ворота наконец открываются, я выхожу из машины. Передо мной предстает массивное бетонное здание с единственным входом. Несколько солдат на посту проводят дополнительную диагностику.
Вход занимает больше времени, чем я ожидал. Мой пропуск сканируют на всех уровнях защиты: сначала металлодетектором, потом биометрическим анализом. Лаборатория явно не из тех мест, куда можно случайно забрести.
Когда последняя дверь с шипением открывается, я наконец оказываюсь в стерильных белых коридорах. Стеклянные перегородки разделяют различные исследовательские зоны, где за длинными столами работают научные сотрудники в белых комбинезонах. Вдоль стен расположены серверные стойки, моргающие индикаторами, и шкафы с герметичными ячейками для хранения оборудования. Тишина нарушается лишь незначительным шумом техники и приглушенными голосами. Лёгкий запах дезинфекции напоминает о том, что здесь всё контролируется до мельчайших деталей.
Из центрального коридора ко мне приближается Карла Лейтон. Походка легкая и пружинистая, выражение лица открытое и приветливое. Она выглядит иначе, чем год назад. Уверенность в ее движениях и лучистая улыбка говорят о том, что должность, доставшаяся после распределения, ей определенно по душе.
– Лейтенант Дерби, – с игривым пафосом тянет она. – Рада тебя видеть. Ты по делу или просто соскучился?
– Ты знаешь зачем я тут, иначе бы не вышла меня встречать, – лаконично отвечаю я, оглядываясь по сторонам. – Как здесь? Спокойно?
– Спокойно, – кивает Карла. – И безопасно, что самое главное. До сих пор не могу поверить в собственное везение. Но работа… непростая.
– Координатор снабжения, – отмечаю я, кивая на планшет, что она держит в руках.
– Именно. За этот год я научилась управлять поставками, распределением оборудования и выполнением запросов от управления. Думаю, справляюсь, – заявляет с гордостью и резко меняет тему. – Как там Донован, Сантес и Кирби? – спрашивает она, меняя тему.
– Донован занимается обучением новобранцев. Он теперь инструктор. Сантес и Кирби в моем отряде. Диего руководит взводом, Томас тоже держится молодцом, – отвечаю я, а затем спрашиваю: – А как Виктор? Давно не виделись?
Ее взгляд на мгновение стал жёстче.
– Личные дела сейчас не в приоритете, – уклончиво отвечает она. – Я сосредоточена на службе, которая дает моей семье дополнительные льготы, и я не хочу терять эту возможность.
– Это здорово. Рад, что у тебя все складывается…, – не закончив фразу, я изумленно осекаюсь, увидев за стеклянной перегородкой склонившегося над каким-то сложным научным прибором подростка лет двенадцати-четырнадцати. Темноволосый, с серьёзным выражением лица, он выглядит совершенно не на своём месте.
– Карла, что здесь делает ребенок? – озадаченно спрашиваю я, продолжая наблюдать за парнем, который подняв голову от прибора, ловко манипулирует сенсорным экраном, внося данные. На дисплее вспыхивают сложные графики с непонятными показателями и изменениями химических соединений. Мальчишка удовлетворённо хмыкает и внезапно поднимает на меня пристальный взгляд. Ярко-зеленые глаза смотрят на меня отнюдь с недетским любопытством. На короткий миг я чувствую себя подопытным объектом, на который устремлен лазерный луч сканера.
