Вот еще один дом: большой, двухэтажный, с верандой и крышей, покрытой металлочерепицей вишневого цвета. Осмотревшись как обычно и убедившись, что поблизости нет мертвецов, мы направились прямо к нему. Я, как всегда, шел первым, держа нож наготове, а позади меня Рэнди бегая взглядами по сторонам. По нему было видно, что он не очень-то и любил рисковать собой, поэтому и старался не лезть на рожон, все время стремился идти чуть медленней. В этот дом мы проникли также без особого труда и первым делом нарвались на очередного ходячего. Не мешкая, я тут же вонзил ему нож в основание черепа. После, перешагнув через труп, мы продолжили осмотр помещения. Когда все комнаты были зачищены, мы смело шли на кухню и спокойно обыскивали все шкафчики.
Спустя несколько часов нами было пройдено и проверено семь жилищ. За все это время мы набрали почти пять полных сумок разной всячины. Пора уже было возвращаться назад. Пока шли к нашей машине, мне показалось что кто-то кричит. Я не смог это проигнорировать и решил проверить. Рэнди говорил, что мне это послышалось, что тут, кроме нас и мертвецов, никого нет и быть не может. Но я все равно настоял на своем. Я не ошибся: это и правда был крик, крик отчаявшейся чернокожей девушки. Мы наблюдали из-за угла дома, как эта бедняжка, стоя на крыше машины, пыталась отогнать от себя мертвецов обычной палкой.
Я уже собирался выйти из укрытия и расстрелять этих пятерых ходячих, но тут меня одернул Рэнди:
– Ты куда? Стой! Смотри лучше.
Я еще раз присмотрелся.
Сначала из-за машины было плохо видно, но потом я увидел еще одну проблему: рядом с мертвецами бегали три дьявольских пса.
– Согласен, Рэнди. Это уже усложняет нашу задачу.
– Ты что несешь, Ник? Ей все равно конец. От этих тварей не сбежать. Да и, может быть, она уже укушена. Так что забудь. Пойдем домой, пока эти псы нас не учуяли.
– Нет, напарник, хочешь или не хочешь, но мы все равно ей поможем.
– Твою мать, Ник! Ты, как всегда, в своем репертуаре. Ладно, колись, как поступим?
– Просто выйдем и откроем огонь по ним. Только целься сперва в собак.
– Хорошо. Погнали. Но имей в виду: моя смерть будет на твоей совести.
Недолго думая, мы вышли из-за угла дома и тут же начали стрелять. Первых двух дьявольских псов мы уложили на месте, а третий бежал в нашу сторону так быстро, то и дело уворачиваясь от пуль, что мы его чудом убили. Существо упало на землю за пару метров от меня и больше не поднялось.
Затем мы прикончили ходячих, которые тоже направлялись в нашу сторону. После девушка подбежала к нам и кинулась в мои объятья.
– Спасибо вам. Огромное спасибо! Если б не вы, то я не знаю, сколько бы еще протянула. Кстати, меня зовут Макс.
Рэнди ухмыльнулся:
– Дорогуша, тебе что, твои предки не могли дать нормальное имя, которое подходило бы лучше? Ты вообще в курсе, что это не бабское имя?
– Это не имя. Это мой псевдоним.
– Серьезно, что ль? И как нам тебя звать?
– Сказала же: Макс.
– Короче, Ник, она твоя проблема. С меня хватит. Я пошел к машине.
Шон сидел на веранде и покуривал сигару, а напротив него в гамаке качался Джеймс.
– Слышь, настоящая кубинская, не то что раньше продавали у нас в магазинах.
– Мне пофиг, Шон, я давно бросил – пагубное это дело.
– Да, да, знаю. Так же говорила моя покойная супруга. Грызуны, черт бы их побрал, отняли ее у меня. Кстати, по идее, наши уже должны были вернуться.
– Согласен. Пора бы им уже быть на месте. Изначально же оговорили, что на вылазки тратим по пять часов, не больше, а уже шестой пошел.
– Джеймс, может, с ними что-то случилось?
– Ждем еще час. Если не появятся, то поедем, посмотрим, где они.
– Договорились, а вообще Ник молодец. Не зря он установил правило перед каждой поездкой сообщать, кто в какой район направляется. Так роще, по крайней мере, знаешь, где искать.
В ста метрах от них завязался спор с криками:
– Отдай, она моя!
– Я только поиграю, потом верну.
Шон посмотрел на Джеймса:
– Сходи, посмотри в чем там дело.
– Не хочу. Я слишком хорошо устроился в этом гамаке. Думаю полчасика вздремнуть, тем более что боюсь снова ударить этого толстого. Помнишь, когда я его застукал в кладовой?
– Ага, помню. Как выяснилось, он тогда каждую ночь ходил туда запасы пищи есть, все боялся, что мы больше съедим. Жадный говнюк. Ладно, лежи, я сам разберусь.
Шон встал с крыльца и подошел к ребятам:
– Ну, что тут у вас?
Оскар тут же толкнул в грудь Пухлика:
– Он у меня рогатку забрал.
– Я взял свое, а он, в свою очередь, украл у меня ее.
– Я не украл, а нашел.
– Конечно, нашел в комнате у меня на тумбочке.
Шон почесал затылок:
– Так, Пухлик, быстро отдал ребенку рогатку! Он поиграет, потом вернет.
– А если не вернет?
Оскар улыбнулся:
– Я только по банкам постреляю, а потом отдам. Обещаю.
– Ладно держи. Только не сломай ее.
Шон продолжил говорить:
– Тедди ты вообще, чем занят?
– Ничем.
– Сейчас Катерина и Элдис стоят на дежурстве. Сходи лучше к ним и спроси, не хотят ли они пить. Короче, займись делом.