В меня летит мобильный. Май набирает свой номер. Гудки режут слух. На самом деле все не так радужно. И расставаться с любимым мне не хочется. Его же уведут. Он же, сука, такой красивый. Из него сексуальность прет фонтаном.
- Алло.
До боли знакомый голос. Все веселье куда-то улетучилось. Сердце сдавило. Нужно собраться.
- Привет, Святуся! – получилось скопировать его голос и интонацию. Ты злишься, мой хороший. Я точно знаю.
- Влад? – твой голос охрип. Неужели тебе так больно? Слезы подступают к горлу. Дышать тяжело. Май сжимает меня в объятьях. Спектакль еще не окончен.
- Я у Марии и Андрея. Не волнуйся, со мной все нормально.
Родители хмыкают. Давайте, твари, глумитесь. Я вас всех порву. Ну, или Кир, а я рядом постою.
- Мне тут придется немножко уехать. Ты не скучай. Я вернусь, ты только жди.
Хочется его поддержать, но не знаю как. Я буквально ощущаю, как ему больно. Он не должен страдать из-за меня. Только не он. Влад молчит. Он в бешенстве, в шоке, ему плохо. Так даже лучше.
- Со мной Май, скажи Рэю, что все хорошо. Его отпустят сразу, как мой самолет взлетит.
Малыш, ты у меня умничка. Все поймешь. Я не хочу никуда улетать. Хочу к тебе, обнять, поцеловать. Я не смогу без тебя. Никак не смогу.
Думай малыш, думай. Ищи меня. Я домой хочу.
Объявляется посадка на рейс Москва – Лондон. Есть. Надеюсь, ты слышал.
- Что ты творишь, придурок? – сколько боли в этих словах. Сколько обиды.
- Так будет лучше, ты же знаешь. Я люблю тебя, малыш. Всегда буду любить. Подожди только, ладно?
Господи, как же я тебя люблю, зверь ты мой эмоциональный.
Отец что-то говорит, но я его не слышу. Я слушаю дыхание на том конце провода. Мне хочется кричать о своей любви. Хочется, что бы он знал. Не родители, не другие люди, а тот, с кем сердце одно на двоих, душа на двоих, вся жизнь одна для двоих.
- Я убью тебя, маленькая дрянь. Где?
Ты чувствуешь, что я не смогу не ответить. Этот твой тон сводит с ума. Кровь бежит быстрее по венам. Как я хочу к тебе. Сейчас. Забери меня домой, прошу.
- Домодедово, частный ре… - договорить не успел. Трубку выхватывают. Пощечина до меня не долетает. Май перехватывает руку. Ух ты, таких бешенных зеленых глаз я еще не видел. Видимо, до такой кондиции я его еще не доводил. Какие мои годы.
- Ты оказал нам услугу. Нам не придется искать Свята. Он сам приедет к нам. С ним мы помиримся. Он не такой как ты. Мы уже нашли ему невесту. Она на десять лет его старше, зато из хорошей семьи. Партнер отца уже согласился.
Вон оно что. Хуйня, что Свят - это я.
- Святуся - педик до мозга костей. К тому же пассивчик. Он с ней, что в карты на одевание играть будет? – знаю я эту дочку. Тот еще крокодил.
- Это ты - грязный педик, а он нормальный. Просто запутался.
Гордости-то сколько за меня, аж тошнит.
Переглядываемся с Маем и начинаем хихикать. Нормальное во мне - только рост, остальное все педерастическое.
Проходит минут двадцать. Меня по пятому кругу прокляли и меня же пообещали спасти. Приколисты.
На очередном оскорблении теряю нить разговора. Время идет. Волнение усиливается. Теснее прижимаюсь к Маю. Он все понимает и обнимает меня, утыкается мне в шею. Предки фыркают и кривятся. Похуй.
С каждой минутой все тяжелее. Где ты, мой принц, спасай меня уже. Во-первых, я боюсь летать, а во-вторых мне не улыбается семь лет дрочить на твой светлый образ.
- Май, а можно я на тебя дрочить в Америке буду? – не то чтобы меня интересовало его мнение по этому вопросу, просто нужно отвлечься. О, все услышали. Задолбали уши греть.
- Дрочи на здоровье. Чтоб у тебя руки стерлись, придурок.
И этот туда же, тоже нервничает. Сильнее сжимает меня. Шиплю.
- Больно.
Татуировка дает о себе знать. Вот это я точно никому показывать не собираюсь, поэтому терплю.
- А ты будешь по мне скучать? – мне, правда, интересно.
- Больно надо. Сразу после твоего отлета устрою вечеринку.
Ну-ну, а глаза чего такие печальные?
- Ну, хоть чуть-чуть? – хлоп, хлоп ресницами.
- Давай ты бежишь, а я их задержу?
Сколько решимости. Нет, малыш, тобой я рисковать не буду.
Отрицательно мотаю головой. Дверь распахивается, и нашему взору предстает симпатичная девушка, лет двадцати пяти в форме стюардессы. Светлые волосы ниже плеч, голубые глаза и обворожительная улыбка.
- Ваш самолет через десять минут взлетает. Поторопитесь на посадку.
И снова улыбочка.
Я начинаю ржать. Май тоже. Заливаюсь так, что падаю на пол. На меня все смотрят, как на ненормального.
- С мальчиком все в порядке?
Сколько заботы.
- Да все хорошо. Сейчас идем.
Дверь хлопает. Тишина.
Кое-как успокоились. Посмотрели друг на друга. Снова истерика.
Пропустил момент, меня держат за руки. Мая тоже. Дернуться не могу. Наклоняют, приспускают штаны, и мать ставит укол. Больно, блин. Верзила, державший Мая, уставился на мою жопу.
- Нравится? Хочешь, потрогай?
Даже такие шкафы умеют краснеть.
- Какая же ты шлюха.
О, папа, еще какая.
Вижу обеспокоенные глаза Мая.
- Не дергайся. Слушайся их.
