— Да, и я Вам очень благодарен за это знакомство. Добрый день, эдри де Леонвиль.
Она сделала вид, что все так и надо. Повернулась к нему и ответила с достоинством:
— Здравствуйте, эдер Дейтон. Пришли полюбоваться на наши торжества?
Что она с собой сделала? Подрисовала что-то на лице? Можно подумать, что за ночь прошла модификацию, но это невозможно! Огромные серые глаза сияют на очаровательном почти эльфийском личике. Мягкий овал, изящные черты… Почему он раньше этого не видел?!
— Что с Вами, эдер Дейтон? — улышал он голос девушки, — Вам нехорошо?
— Нет, эдри Риала, мне хорошо. Мне просто отлично. Почему я не знал, что Вы так красивы? Позавчера Вы были другой.
Она засмеялась, и вслед за ней засмеялся Вязовски.
— Неужели Вы впервые видите результат искусного макияжа, Дилмар? Ри просто немного подкрасилась, чтобы на фото ее лицо не сливалось в одно сплошное пятно.
— Поражен Вашим искусством, эдри. Сейчас Вас можно принять за наследную принцессу планеты Аустрэл.
— Правда? Благодарю за комплимент. Принцессы Аустрэла — образец для нашего высшего общества. Они считаются недостижимым идеалом.
— Они бы сочли идеалом Вас, если бы увидели.
Ри неожиданно фыркнула и перевела тему:
— Как Вас нравится организация праздника? — спросила она, но ответить Дил не успел.
Двери распахнулись из в ложу ввалилась целая толпа. Надо бы уточнить — целая толпа де Леонвилей. Виктор привел за собой весь клан. Впереди в роскошном сиреневом наряде шла удивительно красивая немолодая дама: высокая, статная, золотые волосы, голубые глаза, точеное лицо, с которым ничего не смогли поделать годы. Сильвия, догадался Дил, бабушка Ри. Если сестра Риалы была похожа на бабку, ей и впрямь не нужны были модификаторы.
Остальные члены семейства не отличались такой победительной красотой, но все же Дейтон заметил, что привлекательность большинства — природная. Видно, среди де Леонвилей хорошим тоном считалась естественность. Редкость среди тех, кому доступны все ухищрения современной косметологии.
Риала поднялась приветствовать своих родичей.
К ней тут же подошла бабушка и громко, на всю ложу, заявила:
— Рада видеть тебя, дочь Леонтины. Наконец-то ты соизволила вернуться в семью. Надеюсь, ты не пойдешь по стопам матери и порадуешь нас в ближайшее время почетным браком с каким-нибудь достойным кандидатом. А то что это такое: девица-детектив, о чьих похождениях судачат на всех перекрестках?
Ри встала во весь свой маленький рост и произнесла тихо, но отчетливо:
— Бабушка, если вы пригласили меня сюда чтобы оскорблять, то я сейчас же аннулирую все свои связи с семейством де Леонвиль, и сделаю это публично. Мне не привыкать выступать перед публикой, я не только детектив, но еще и адвокат.
Ее серые глаза метали молнии, в позе был вызов, и Сильвия отступила.
— Успокойся, Риала, ты не так меня поняла. Я не хотела тебя обидеть.
— Правда? Очень рада, бабушка. Надеюсь, Вы учтете мое мнение и в будущем будете обходить тему моего образа жизни.
На помощь матери бросился Виктор. Он подскочил к племяннице, чмокнул ее ручку и спросил:
— Риала, дорогая, ты уже знакома с нашим гостем? Может быть, ты меня ему представишь? А заодно и всех остальных?
Девушка не стала длить конфронтацию, а с милой улыбкой начала церемонию представления. К Дейтону тянули руки де Леонвили всех мастей и возрастов. Дядюшки и тетушки, братьяи сестры, племянники и племянницы Виктора, дальние родственники и совсем-не-родственники, зрелые мужчины, старички, мальчишки, роскошные дамы средних лет, старушки и прелестные юные девы. Все они были польщены знакомством. От такого обилия людей у Дилмара голова шла кругом. Запомнить их не представлялось возможным. С другой стороны, а надо ли это? Под конец к нему подошла бабушка Ри под руку с приятным немолодым господином.
В спутнике Сильвии Дейтон опознал Жюльена де Леонвиля, старшего прямого потомка великого космического пирата. Такой порядок знакомства объяснялся тем, что все ранее познакомившиеся отходили назад и занимали свои места на галерке. Патриарху рода и его супруге предстояло сидеть в первом ряду вместе с двумя не-де Леонвилями: Дейтоном и Вязовски. Сильвию усадили рядом с Дилом, чем он был очень недоволен: пожилая красавица пользовалась очень тяжелыми сладкими духами, от которых у Дила сразу же защипало в носу. Искупало ситуацию то, что с другой стороны сидела Ри, которую никто не рискнул отправить на задние ряды.
Важная дама недовольно бурчала на ухо своему спутнику, но бурчала так громко, что слышно было всем окружающим:
— Да, мы виноваты что с детства дети Леонтины были лишены правильного воспитания. Девочка просто ужасна, совсем не умеет себя вести. Леонтина совсем ею не занималась. Если бы я сразу настояла и отобрала бы у нее детей, обе были бы сейчас живы и замужем за приличными людьми.
И бу-бу-бу, и бу-бу-бу…
