За тем, наступила очередь мне, высказать им и
Представляется вполне вероятным, что подробный рассказ о расходах и устройстве финансовых дел на самом деле принадлежал Наталье, тогда как Андрей, как обычно, взял на себя беседу о нравственных и духовных материях. Наталья согласилась не только распоряжаться денежными делами семьи, но и заботиться о благополучии всех жителей деревни. Равным образом Андрей считал себя для них отцом, а это, с его точки зрения, означало, что его главной задачей в деревне было исполнение роли духовного лидера или нравственного авторитета, наставника и руководителя.
В начале и середине XIX века в рамках индустриализации европейское и американское домашнее устройство стремительно видоизменялось; ярче всего это было заметно в Англии, где было положено начало этого процесса. Для английского среднего класса дом переставал быть единицей производства, отделяясь от понятия рабочего места (все чаще доступного лишь мужчинам)[639]. Развитие среднего класса превратило возможность держать слуг в признак определенного статуса, и их наличие освободило женщин от работы по дому; одновременно их переставали привлекать к участию в семейном деле. Женщине оставалось лишь развлекать своего мужа, служить украшением дома и играть роль матери, а роль отца тем временем сводилась к обеспечению домочадцев средствами к существованию[640]. Семья как экономическая единица постепенно замещалась, пользуясь словами историка Джона Тоша, семьей как единицей «сентиментальной и эмоциональной»[641]. Тош описывает, как появление новой модели домашней жизни привело к возникновению новых ритуалов, подкреплявших изменившиеся представления о семье, основой которых были «требования поддержания комфорта, защиты частной жизни и сохранения повседневного распорядка жизни». Пространство в домах среднего класса часто выстраивалось в соответствии с этими ритуалами, в число которых входили уроки детей, чтение вслух у камина, игра на фортепьяно и совместные развлечения узкого круга друзей или родственников[642].
Чихачёвы следовали многим из этих ритуалов; они часто музицировали, приглашали гостей и читали вслух. Дети учились (хотя уроками обычно заведовал отец, а домашние учителя и гувернантки играли второстепенную роль). Однако для Чихачёвых дом оставался той же экономической единицей, какой он столетиями был для людей их положения. У них были слуги, которые, однако, в значительно большей степени были вовлечены в производственную жизнь усадьбы (ткачество, животноводство, сельское хозяйство), чем в повседневное обслуживание семьи. Руководство Натальи было необходимо для работы семейного предприятия, что оставляло ей совсем немного свободного времени.
В конце XVIII века в домах британской знати вопросы домашнего убранства, светская жизнь и материальное потребление все более феминизировались, и многие женщины использовали эту роль в управлении для укрепления своего социального статуса и статуса своей семьи[643]. Чихачёвым все это не было нужно. Даже если бы Наталья была готова потратить деньги на подобные вещи, у нее не было на это времени. О перестройке дома мечтал именно Андрей, и мечтал весьма скромно. Глядя на план дома, Андрей однажды прагматично заявил, что «из первых необходимостей можно не иметь ‹…› будуаров ‹…› цветочных галерей, но четырехаршинная [ванная комната] ни для кого не разорительна»[644]. Светская жизнь и досуг Чихачёвых были не столь формальными, более семейными и, по всей видимости, не предполагали соперничества с другими дворянскими семьями.
