– Прости, не могу удержаться. Я люблю тебя. Я так тебя хочу… – и он, одурманенный близостью возлюбленной, взял инициативу на себя. Наверное, так когда-то поступил и его папа.
Вероника сдалась. В конце концов, этим она ещё больше привяжет Сашу к себе. Путь в мир элиты того стоит.
После второго захода Хас вдруг понял, что они не предохранялись и озвучил свои опасения.
«Мальчишка…» – усмехнулась про себя Вероника, а вслух ответила:
– Боишься, что я забеременею? – она села на постели и посмотрела на Хаса сверху вниз.
– Я бы хотел от тебя детей, но это непростое решение, – задумчиво ответил Хас. – Тем более, мы сами ещё не совсем взрослые.
Вероника состроила кислую мину.
– А я-то думала, ты готов ради меня на всё…
– Так и есть. Но прежде чем думать о детях, нам надо решить, как мы будем дальше, – сказал он. – Я хочу, чтобы ты была только со мной.
– Я и так только с тобой, – проворковала она.
– Врёшь, – серьёзно, глядя ей прямо в глаза, ответил Хас.
Она соскочила с постели, всем своим видом показывая, что оскорблена до глубины души, и, хватая по пути одежду, ушла в ванную. Спустя пять минут она вышла одетая и заявила:
– Доставь меня обратно!
– Вероника, подожди, – Хас, тоже успевший натянуть штаны, подскочил к ней и встал на колени, чтобы их лица были на одном уровне. – Прости, я не хотел тебя обидеть. Я просто не готов с кем-то тебя делить. Что в этом такого?
– Ты фактически обозвал меня шлюхой! – прошипела она ему в лицо.
– Неправда. Я… не то хотел сказать, – он прижался щекой к её груди. – Не сердись.
– Мне пора, – холодно сказала Вероника и оттолкнула от себя Хаса.
– Я не понимаю… Так мы вместе или нет? – захлопал глазами он.
– Мы и дня вместе не провели, а ты уже обвиняешь меня в том, что я лгунья и шлюха! Знать тебя больше не хочу! – она не планировала такого поворота, но чувствовала, что может отдохнуть от него недельку-другую без вреда для намеченного плана. – Я хочу домой.
Хас печально кивнул, вышел из комнаты и вскоре вернулся с Руршей.
– Вероника, – обратился он к девушке. – Рурша доставит тебя.
– Куда? – неприветливо спросила она.
– Туда, откуда ты легко доберёшься до дома, – ответил Хас.
И двое исчезли.
Вероника очутилась на лестничной площадке возле своей двери, а когда обернулась на Руршу, тот уже испарился.
Дома её поджидала мама.
– Ну и где ты опять шлялась? – недовольно, сложив руки на груди, осведомилась она.
– Не шлялась, а гуляла, – в тон ей ответила Вероника.
Мать нервно вытащила из кармана телефон и показала дочери географию её перемещений.
– Объяснись! – потребовала мама.
– Мам, ну я же не телепорт – за секунду перемещаться на другой конец города и обратно. Я вообще не знаю, где это и что там. Чип, скорей всего, барахлит. Я в центре гуляла.
Мать не поверила, но отстала. Веронике было всё равно, что мама там себе надумала. Скоро девушка навсегда оставит родительский дом, и мать до неё не доберётся. Не нужна будет эта идиотская школа, не нужны спонсоры… Скорей бы.
***
Эмоциональные качели напрочь лишили Хаса здравого рассудка. Поэтому ночью, когда к нему зашёл отец, парень отвечал на вопросы сбивчиво, растерянно.
– Мало того, что ты снова полез к ней, так ты ещё и домой её притащил! – ругался великан. – От неё можно ждать какой угодно подлости! Сегодня она ласково поёт, а завтра обвинит тебя в изнасиловании.
– Нет, она не станет этого делать, – замотал головой Хас. – Она говорила, что хочет исправиться, что хочет быть со мной…
– И ты ей веришь?
– Ну… я её люблю… – признался Хас и совсем скис.
– Знаешь, что? Я ничего не буду говорить твоей матери – она расстроится. А ты сам всё поймёшь, когда жизнь надаёт тебе по голове.
– Почему ты так уверен, что Вероника плохая? – не выдержал Хас и спросил.
– Считай, что это чутьё, – ответил отец. – И прими душ. На тебе не только её запах, но и запах того, с кем она путалась до тебя, – после этих слов великан исчез.
***
Спустя две недели Вероника снова объявилась у входа в спорткомплекс.
Хас, перебарывая дрожь в ногах, подошёл к ней. Что сказать, он не знал. Боялся снова что-нибудь ляпнуть и всё испортить.
– Я беременна, – сообщила Вероника.
– А… – он хотел задать единственный резонный в этой ситуации вопрос, но постеснялся.
– От тебя, идиот, иначе я бы здесь не стояла, – закатила глаза Вероника. – Так что давай поговорим и решим, что будем делать.
Он кивнул и покосился в сторону охранников.
– Поехали, – сказал он Веронике, взял её за руку и повел к машине.
– Не велено, – предупредил один из охранников.
– Я сам решаю, кого мне брать с собой, – огрызнулся Хас.
– Это запрещено, – остался непреклонным человек в костюме.
– Ладно, – ответил Хас. – Раз так… – и они и Вероникой исчезли прямо с улицы.
– Ну ты даёшь! – воскликнула девушка. – Тебе за это ничего не будет?
– Скорее, мне стоит подумать, как сообщить отцу, что он станет дедушкой в тридцать лет…
– Сколько-сколько? – раскрыла она рот.
– Ну, ему сейчас где-то тридцать один. Мама старше его лет на девять.
– О-фи-геть…
– Как-то так, – пожал плечами Хас и перевёл тему. – Ты больше не обижаешься на меня?
– Если только чуть-чуть, – лукаво прищурила она глаза.
