Отец сдержал слово, и Хас больше не вернулся в школу. А дистанционное обучение было унылым и монотонным. От этой скуки хотелось сбежать куда-нибудь и оторваться. Увы, тогда Хас снова подставил бы Руршу, а это жестоко и неправильно по отношению к другу.
Были и положительные моменты в дистанционке: парня больше никто не обзывал уродцем и, кажется, даже не считал. Сам Хас начал замечать, что не такой уж он и страшный. Фигура окрепла, ноги выпрямились, и ничто в его внешнем облике уже не напоминало о страшном диагнозе ДЦП. Лицо тоже, хоть и необычное для человека, но вовсе не отталкивающее. Подростковая несуразность начала уходить. Даже в зеркало теперь смотреть приятнее с каждым днём.
Тёплым апрельским днём, когда Хас после тренировки шёл от спорткомплекса к машине, к нему подбежала Вероника. Она буквально вцепилась в его руку и затараторила что-то о прощении, о том, какая она плохая и глупая, о её наркотической зависимости…
Хас так растерялся, что половина слов пролетела мимо его ушей.
Помня о клятве, данной отцу в больнице, Хас высвободил руку и, не сказав Веронике ни слова, сел в машину.
Вероника, непривычно растерянная и жалкая, так и осталась стоять на ступеньках, глядя вслед удаляющейся машине.
Ольга сладко спала, прижавшись лбом к великаньему плечу, и вдруг проснулась оттого, что зазвонил телефон. Не её.
Обычно Хастад ставил на все средства связи режим «не беспокоить», но в это, раннее ещё, утро всё пошло не так.
– Спишь, верзила? – послышался в трубке молодой женский голос, говорящий на русском языке.
У Ольги сами собой распахнулись глаза. Сон сгинул, как прошлогодняя листва.
Что за бабы звонят её мужу по утрам?! Хотя… Она находится рядом с великаном почти круглые сутки и уверена в его верности.
– Сплю, – хмуро ответил звонящей Хастад.
– Ничего, сейчас проснёшься, – пообещала неизвестная особа. – Ночью взорвали завод, на котором производились ветряные лопасти для атмосфероочистительных установок. На воздух взлетело всё до последнего кирпича. К счастью, я вовремя включила сигнал тревоги, поэтому люди не пострадали. Мне легче было самой распорядиться, чем дозвониться до тебя.
– Значит, теперь ты мне ещё и звонишь, – недовольно прорычал великан.
– Ну да. Чего уж там. Мы же почти семья, – насмешливо ответила она. – И будь начеку. На твою империю готовится атака, – на этом разговор оборвался.
В телефоне Хастада не осталось ни номера звонившей, ни единого доказательства, что звонок вообще был. Мистика.
– Дай угадаю: Марго? – спросила Ольга.
– Она, – вздохнул Хастад.
– Да кто она, блин, такая? Ещё и говорит на русском!
– Я и сам хотел бы знать, но кажется, догадываюсь, – ответил он.
– Думаешь, она из бессмертных?
– Возможно.
– И тебя они хотят завербовать?
– Завербовать – вряд ли, – покачал головой великан. – Они не вербуют, а берут в услужение, – он ненадолго замолк, но вскоре продолжил. – Вынужден признать, что без её помощи мой бизнес уже был бы на пороге провала. Омерзительно ощущать себя беспомощным.
– Раз они на нашей стороне, значит, для нас ещё не всё потеряно, – высказала надежду Ольга.
***
Надрывные, напрочь лишающие здравомыслия, чувства терзали Хаса. Пока машина везла его домой, он несколько раз порывался приказать водителю остановиться и вернуться, но удержался. Обещал же отцу, что Вероника для него теперь пустое место.
Но врать себе – невыносимо.
Дома Хас до последнего боролся с собой, но не выдержал и зашёл на страничку Вероники в сети.
Новых публикаций у неё не было уже более полугода. Может, с ней действительно случилась беда? Будь у неё всё хорошо, она не пошла бы к Хасу. Или раскаивается?
Несколько раз он набирал сообщение и стирал. Написать Веронике он так и не решился, хотя промаялся до утра. Стучал себе кулаками по голове, плакал, мерил шагами комнату, ругал себя последними словами... Тщетно. Он хочет поговорить с Вероникой. Хочет быть с ней, несмотря ни на что.
Следующим вечером Хас всё-таки отважился позвонить Веронике. Но её номер был не активен. В сети её страница уже несколько месяцев была офлайн.
Он перепробовал все возможные способы связаться с девушкой, но увы. И это было очень непохоже на неё.
Ну почему? Почему он не поговорил с ней там, на ступеньках спорткомплекса? Что он за идиот такой?
И снова месяц потянулся за месяцем.
Летом у Хаса снова были соревнования, целая серия больших игр, которые помогли отвлечься от несчастной любви.
В июле, когда после тренировки Хас с приятелями из команды выходил из комплекса, его снова ждала Вероника.
– Саша! – окликнула она его, но осталась стоять в стороне от компании парней. На контрасте с ними она выглядела по-детски маленькой и неприметной.
Хас притормозил и махнул ребятам, чтобы не ждали его.
– Привет, – сказал он и от волнения поджал губы и вцепился в лямки рюкзака.
Всё-таки, несмотря на жалобный взгляд и неприглядную мешковатую одежду, Вероника была прекрасна. Хасу хотелось одновременно сжать девушку в объятиях, рыдать и целовать её. Но он, как обычно, стоял истуканом и хлопал ресницами.
