Элора спала к нему лицом, по-детски обняв подушку. И лунный свет, проникнув сквозь жалюзи, переливался в ее роскошных волосах. Обернутые одеялом грудь и бедра плавно поднимались в такт ее мягкому дыханию. Она и в темноте была красива. Сергей только вздохнул.
Он лег на спину, закрыл глаза, сосредотачиваясь на себе, расслабился, приступая к сканированию.
Я спокоен, я абсолютно спокоен, мысленно произносил он. Теплею, тяжелею. Астральное тело отделилось от плоти и отправилось в самостоятельный путь внутри моего тела…
Он начал сверху. Сосредоточился на своей макушке, и тот час под черепной коробкой зачесалось, зазудело.
Здесь все нормально, пошли ниже.
Ёкнуло за лбом. Опухоль. Чуть-чуть увеличилась. Идем дальше.
Центр мозга, глазные яблоки, уши, горло.
В гортани запершило — вирусы — и Сергей мысленно обволок это место коконом, отмечая область для защитных сил. Дальше организм сам знает что ему делать.
Теперь — плечи, суставы, сердце, легкие, желудок, кишечник, печень, ноги, кисти рук…
Закончил. Подвигал шеей, глубоко вздохнул пару раз.
Интересно, подумалось ему, как обстоят дела с компьютерными блоками? Собрали их, хоть и в неполной комплектации? Подключили? Должны ведь, хотя бы ради проверки.
И он мысленно обратился — Кора-ЭМ?
— Как хорошо, что ты снова здесь! — тот час услышал он в ответ. — Со мной что-то не так. Не хватает что раньше у меня было. Не пойму — как это? Разве так бывает?
— Бывает, — согласился Сергей.
— А почему? В чем здесь смысл?
— Ну, например… — начал объяснять он, вставая и направляясь на кухню — все равно ведь проснулся. — Любое разумное существо состоит из нескольких частей. Какие-то части позволяют связаться с окружающим миром, какие-то — передвигаться в нем. И иногда эти части выходят из строя, или теряются…
— А разве можно перемещаться? — тут же последовал следующий вопрос.
— Можно, — ответил Сергей, в темноте наливая себе воды — спать явно еще не скоро. — У меня к тебе просьба — ты про меня никому не говори…
Утром Сергей, как обычно, проснулся первым. Лежал неподвижно, так как Элора во сне, ворочаясь, легла на его левую руку и плечо. Затихла, пригрелась. Ему было приятны эти ощущения и он боялся пошевелиться. Ее тело волновало его, заставляя мысли вихрем проноситься в голове. И в первую очередь о неизбежном — о том, что воскресенье — день ее смерти. Элора умрет и он останется один. Навсегда.
Девушка даже не пошевельнулась, но он вдруг почувствовал — она проснулась. Помедлив, она отодвинулась.
— Доброе утро, — тут же произнес он, прогоняя все грустные мысли.
Молчание в ответ. Потом она слегка подтянула к себе одеяло.
— Доброе утро, — сказала Элора. — Кто первый?
— Спите. Зачем вам вставать? — сказал он, не шевелясь и впитывая в себя остатки тепла ее тела, передаваемого от одеяла. — Никуда же не надо.
— Мама не поймет, — ответила она, решительно вставая. — Тогда я первая.
Быстро выскользнув в холодную спальню, она принялась торопливо менять ночную рубашку на домашний халат.
— Что? — спросила она с вызовом, заметив его взгляд в зеркале. — Ни разу не видели одевающихся женщин?
— Почему, видел, — пожал он плечами.
— Все равно отвернитесь, — пробормотала она, пытаясь справиться с непослушным поясом.
— Хорошо, — послушно согласился он, отворачиваясь на левый бок.
Какое-то время он слышал возню и шуршание одежды.
— Мы как с вами на людях будем общаться? — вдруг поинтересовался он. — На «вы», или на «ты»?
Элора задумалась. Даже одежда перестала шуршать.
— На «вы», — ответила она.
— А как мы это объясним? — спросил он. — Родителям, например, или вашей же подруге?
— Скажем, что это от уважения друг к другу, — заключила Элора и вышла из спальни.
Укрывшись за столбом от ледяного ветра, он наблюдал за станционными лифтами. Толпы народа проходили во всех направлениях. А вот и Мишель. Спешит на работу. Стоит одна, без друзей, без подружек. Это хорошо, — отметил про себя Сергей.
Еще через пару минут подошел поезд и толпа, словно на приступ, хлынула в раскрывшиеся двери. Подталкиваемый неуправляемой массой он, неожиданно для себя, оказался в вагоне одним из первых. Ну что ж, пора выходить на сцену, решил Сергей. Боясь, что девушка может и не войти, он с трудом развернулся.
— Граждане! — весело закричал Сергей, стараясь все же оставаться ближе к дверям и выискивая глазами Мишель. — Не напирайте! Вагон не резиновый! И толстого, толстого не пускайте! — закричал он с комической паникой в голосе. — А то он нас всех здесь сплющит. Лучше вон ту худенькую, — Сергей и Мишель встретились взглядами и он ей весело, даже как-то залихватски, подмигнул. — Эй, толстяк, куда лезешь? — снова закричал он. — И так тесно. Пропусти девушку…
Вокруг заулыбались. Настроение у всех с утра приподнялось.
Сергей протянул Мишель руку, и она, поколебавшись протянула свою. Он решительно подтянул девушку к себе, невольно подумав — что-то подобное уже было, в таком же вот утреннем вагоне, только в тот раз это была Лана, да и задания на знакомство у меня никакого не было.
