— Вот они, — показал связку Сиплый. — Сторожа тоже оглушили и в подвал к кассиру отнесли. Так что время тянуть нечего и…
— Всё, закрыли рты, и вперёд, — перебил его нетерпеливо главарь. — Куш обещает быть богатым, так что плотнее сумки набивайте!
Открыв замок и двери, разбойники друг за другом «просочились» в помещение банка. Огромный сейф был оборудован надёжным замком, который запирался не ключом, а цифровым кольцом.
— Да, его вынести и взломать невозможно, — разглядывая сейф, сказал озабоченно главарь и повернулся к Сиплому. — А как открыть этого слона, вы у кассира не поинтересовались?
— Как же, полюбопытствовали, — ответил Мякиш. — Если не знать шифра и покрутить кольцо так просто, то замок заблокируется и больше его ни за что ни открыть. А если всё сделать как надо, то…
Он дотронулся пальцами до замка и…
— Постой, — одёрнул его Макар в волнении. — А ты уверен, что хорошо запомнил порядок цифр?
— Я? Хорошо, — ответил Мякиш и назвал их.
— Мы тоже запомнили, — подтвердил правильность прозвучавшего номера Сурок. — Открывай, не дёргай за нервы.
— Нет, дайте я, — с трудом проглотив скопившуюся во рту слюну, сказал Макар. — Очень хочу лично вспороть брюхо этому хряку и поглядеть, чем оно заполнено.
Дрожащей рукой Макар повернул кольцо замка. Сейф открылся и…
— Вот это да! — прошептал он восхищённо. — Здесь столько денег, что те, которые мы нашли в тайнике Халилова, лишь жалкие слезинки по сравнению…
— Всё, хватит болтать, работайте, — «подстегнул» разбойников главарь. — Забираем всё, что можем унести!
Вытирая пот с лица, разбойники осторожно очищали полки от наличности и складывали деньги в сумки. Убедившись, что ни одна пачка не завалялась в недрах сейфа, они закрыли дверь на замок и покинули банк.
Кузьма Малов постучался в дверь кабинета начальника городской службы судебных приставов Хвостова ровно в полдень.
Услышав в ответ повелительное «входите!», предстал перед Дмитрием Степановичем.
— Сядь, не маячь перед глазами, — попросил Дмитрий Степанович. — Вымахал до потолка, дитятко, и заполняешь собою всё помещение.
— Может, я невовремя? — спросил Кузьма.
— Раз я приглашал, значит, жду тебя, — ответил Хвостов с ядовитой улыбкой. — Хочу вот поинтересоваться, жив ли ты и чем дышишь?
Дмитрий Степанович улыбнулся — это было хорошим знаком. Когда он был сердит и чем-то недоволен, то становился едким и придирчивым. Вот тогда с ним разговаривать было мукой. В такие минуты он слышал только себя, а других не только не слышал, но и не замечал.
Когда Кузьма поступил на службу, всего лишь чуть больше полугода назад, Хвостов не был таким едким и придирчивым. Он был суров, но не зловреден. Его лицо всегда казалось строгим, но все подчинённые знали, что это только маска начальника. Он всегда был готов сменить гнев на милость, если подчинённый заслуживал его одобрение. Ну а если кто-то провинился, то был просто обязан заслужить его доверие.
Однако последние четыре-пять месяцев, особенно когда свергли царя и к власти в стране пришло Временное правительство, в корне изменили характер Дмитрия Степановича. Оставшись не у дел, он стал раздражительным, злым и мнительным. Он сумел поссориться не только с судьями, но и со всеми бывшими сослуживцами. В связи с хаосом в государстве судебную систему ликвидировали, а Дмитрий Степанович время от времени устраивал жесточайший разнос «всем бездельникам», не стесняясь в выражениях. Но бывшие подчинённые, приходившие в свои бывшие кабинеты ради скуки, покорно сносили все «нападки» бывшего начальника, так как знали, что когда с него схлынет раздражение, он снова будет разговаривать с ними ровно и благодушно.
Так вот, разговаривая с Хвостовым, Кузьма всегда был начеку.
— Если вы хотите спросить меня о Бурматове, то я его пока ещё не встречал, — «доложил» он коротко и с любопытством посмотрел на задумчивое лицо Дмитрия Степановича.
Тот нахмурился и, нервно покусывая губы, взглянул на него исподлобья.
— Ко мне снова наведывался начальник этой чёртовой милиции, — хмуря лоб, заговорил Дмитрий Степанович. — Банда, возглавляемая проходимцем Бурматовым, ограбила городской банк!
— Но почему он считает, что это дело рук Митрофана? — возразил Кузьма. — Разве в нашем городе мало других банд? Теперь у нас есть милиция, пусть она и ловит налётчиков в поте лица.
— Этот змей подколодный Жердев уповает на тебя и твою помощь, — смягчился Дмитрий Степанович. — Вы были дружны с Бурматовым, и он не сегодня так завтра выйдет на тебя.
— Если таинственную банду действительно возглавил Бурматов, значит, его не поймать никогда, — сказал Кузьма, хмуря брови. — Это хитрющий лис, и, что самое важное, он знает толк в сыскной работе. Он как рыба в воде ориентируется в нашем городе. Его не остановит никто, если он сам не пожелает остановиться. Вот, если хотите, таково моё мнение.
Хвостов молчал, то потирая выбритый подбородок, то задумчиво дёргая себя за кончик уха. В его голове явно происходила какая-то борьба; с одной стороны, как человек далеко не глупый, он понимал, что Малов прав. Но с другой…
