— Что случилось? — спросил он. — Тебя кто-то обидел?
— Нет, со мной ничего не случилось, — ответила Алсу дрогнувшим голосом. — А вот господин Бурматов в беде, и ему угрожает опасность!
— Что? Что ты сказала? — удивился Кузьма.
— Он один во дворе нашего дома, — выпалила Алсу.
— Что он там делает? — вскинул брови Кузьма.
— Бандитов стережёт, — ответила девушка. — Они дом грабят, а он…
Алсу замолчала и беспомощно посмотрела в лицо Малова, которое вдруг сделалось суровым и сосредоточенным.
— Так, — сказал он. — А ты в полицию обращалась?
— Н-нет, — пролепетала девушка испуганно. — Господин сыщик не велел туда соваться. Он дал дяде ключи от своего дома и велел нам его там дожидаться. А ещё он сказал, что полиция только помешает ему.
— Сколько бандитов в доме, не знаешь? — спросил Кузьма, беря Алсу за руку.
— Н-нет, — ответила она, содрогаясь от его прикосновения. — Они все были в доме, когда мы подъехали к воротам.
— А Митрофан? Он что, вас встретил?
— Да, господин сыщик вышел из ворот… Он быстро сказал то, что я сказала вам, и вернулся обратно во двор. Мы ехали к нему, и я увидела вас, Кузьма Прохорович… Вот я и решила всё вам рассказать.
— Молодчина, правильно сделала, — одобрил её поступок Кузьма, глянув на сани, в которых замерли в ожидании дядя девушки и возница. — Теперь садись в сани и уезжайте в дом к Бурматову… Делайте всё, как он сказал. Запритесь на все запоры, какие есть в двери и на улице носа не высовывайте!
— А вы, Кузьма Прохорович? — прошептала едва живая от страха Алсу. — Вы помочь ему собираетесь?
— Да, собираюсь, — ответил Малов, беря её за плечи и разворачивая к саням.
— Но бандитов в доме много! — всхлипнула девушка.
— Ничего, справимся как-нибудь, — ответил Кузьма ободряюще и легонько подтолкнул в спину. — А ты ступай к саням, Алсу, и поступай так, как велено. И не бойся ничего!
Воспользовавшись отсутствием адвоката и прислуги, Халилов с трудом встал с кровати и вышел в гостиную. Боль в теле вдруг усилилась, и разболелась голова. Согласие Воронина помочь ему взбодрило Сибагата Ибрагимовича. Глупо было сомневаться в жадном до денег и погрязшем в грязных делишках адвокате.
Напротив гостиной располагалась библиотека. Халилов, сам не зная почему, вошёл в неё. Комната была просторной и очень уютной: стеллажи с книгами размещались вдоль трёх стен. Четвёртую стену занимало выходящее на улицу окно, перед которым стоял красивый резной столик с массивным бронзовым подсвечником, в который были воткнуты несколько свечей. Рядом с ним лежала какая-то книга с вложенной в неё закладкой.
«А где ты держишь деньги и драгоценности, господин адвокат? — подумал Сибагат Ибрагимович. — Ты ведь нечист на руку, Владимир Александрович! Иначе не жил бы в такой роскоши и богатстве».
Халилов переходил из комнаты в комнату, пока не попал в кабинет Воронина. Он тщательно осмотрел и потрогал каждую вещицу, изучил содержимое ящичков письменного стола. Он понятия не имел, что искал, но испытывал невероятное возбуждение, копаясь в чужих вещах. И вдруг его пальцы коснулись какого-то предмета, который привлёк его внимание. Это был изящный «браунинг». Не зная, как поступить со своей находкой, Халилов снова запустил руку в ящик и нащупал в нём коробку с патронами.
— Вот это да! — прошептал он восторженно.
Скрип входной двери заставил Сибагата Ибрагимовича поторопиться. Пока тот, кто вошёл в дом, «топтался» в прихожей, он бесшумно проследовал «в свою» комнату и улёгся в постель.
Спрятав пистолет и патроны под подушку, он закрыл глаза и притворился спящим. Тот, кто вошёл в дом, стараясь не шуметь, проскользнул мимо комнаты, занимаемой Сибагатом Ибрагимовичем, и это насторожило его.
«Это не кто-нибудь, а сам Воронин вернулся, — подумал он, запуская руку под подушку и беря пистолет. — Что-то он не заглянул ко мне с порога, а прошёл мимо моей «кельи»? И что это может значить?»
Взведя курок пистолета, Халилов снова поднялся с кровати, приблизился к двери и осторожно выглянул из-за неё. Адвоката в гостиной не было. Почувствовав неладное, он крадучись двинулся к его кабинету. Заглянув внутрь, он увидел Воронина, который, вытащив ящик, поставил его на поверхность стола и с озабоченным видом перебирал его содержимое.
— Вы уже вернулись, Владимир Александрович? — глядя на него, сурово осведомился Халилов.
Резко обернувшись, Воронин побледнел и растерялся. У него был до того глупый вид, что любой другой, увидев его, непременно бы рассмеялся. Сибагату Ибрагимовичу было не до смеха. Он понял, что ищет в ящике адвокат.
— А вам что, уже лучше? — взяв себя в руки, поинтересовался Владимир Александрович. — А я не хотел вас будить и…
Он что-то говорил, а Сибагат Ибрагимович лихорадочно думал.
— Что вы ищете в своём ящике, Владимир Александрович? — спросил Халилов, с интересом ожидая ответа адвоката.
— Как что? — округлил тот глаза. — Я не могу вспомнить, куда засунул лекарство для вас.
— А вы исполнили мою просьбу? — недобро глянул на него Сибагат Ибрагимович.
