Слова королевы и ее глумливые смешки были глубоко противны, словно противоречили моей внутренней сути. А еще вдруг подумалось: неужели моя мать действительно была близкой подругой Лоты Иллирийской? В таком случае, каковы же были мои родители? В детстве я часто пыталась вспомнить мать, но в памяти неизменно всплывали лишь ее теплые, щедрые на ласковые прикосновения руки. Что, если это фантазия, а родители были обычными аристократами — заносчивыми и чопорными, с замашками диктаторов, под стать женщине, что сейчас хихикает и тихонько переговаривается со своим любовником?
— И что же делать с этой свалившейся к нам в руки наследницей? Кстати, нужно не забыть все-таки поблагодарить за это Каринн энн’Беррион. Думаю, сознание того, что она насолила брату, немного смягчит ей потерю гонорара за проваленное дельце.
— Не вздумай, Лони! Никто ни о чем не узнает, пока я не решу, как выгоднее разыграть эту карту.
Отлично. Картой меня еще не называли. Ужасно хотелось возмутиться и высказать этой парочке все, что думаю об их заговорах. Но лучше помолчу. Может, разведаю побольше потом у этого Лони.
Этим двоим то ли не терпелось остаться вдвоем, то ли умники решили, что обсуждать будущее при мне не стоит. Вскоре меня, под охраной двух широкоплечих лакеев, отправили в гостевую спальню на втором этаже. Снаружи на двери заметила засов из антимагической арнийской стали, а решетки и непрозрачные стекла на окнах поведали, что здесь я точно не в гостях.
Ничего иного от мерзкой парочки я не ждала, так что даже не расстроилась. Постель мягкая, на столе под серебряной крышкой — ужин. Это еще не темница, прорвусь на свободу как-нибудь.
***
По тому, как посветлело за мутными стеклами, поняла, что настало утро. Потянулась и села на кровати, хмуро озирая свои новые «владения».
Последняя неделя была просто сумасшедшая. Чуть не каждый день просыпаюсь на новом месте и в новом статусе. Найду ли когда-нибудь тихую гавань? Отправляясь в столицу, я искала только стабильность, а вовсе не приключения. Да и сводить знакомство с аристократами не намеревалась. На поверку простые люди гораздо симпатичнее и добрее (ну, кроме мерзкого Котса, который сдал меня стражам, конечно). Как же хочется укрыться где-нибудь, а лучше — оказаться за тысячу миль от столицы, в родном кособоком домике под низкой соломенной крышей. И чтобы деда Мирк был жив. Вот, кто не дал бы меня в обиду и защитил от всех этих жадных негодяев, начиная с Лони и заканчивая Дэлианном. Смахнула закипающие слезы — не время раскисать.
Дэлианн. Это имя отзывалось тяжестью на сердце. Наверное, стоит лелеять эту боль, чтобы поскорее забыть солнечный свет в изменчивых зеленых глазах и волнующий аромат трав и листвы — он всегда будет напоминать о прекрасном эльфе. Наверное, королева права: он гад и хотел меня использовать. Этого должно быть достаточно, чтобы с корнем выдрать его образ из сердца. Но…
Оконные стекла снаружи были замазаны обычными белилами. При этом — никакой магической защиты. Едва я поняла это, нагрела частицы воды, собрав их поближе к раме, чтобы тюремщики не заметили «глазка», если им придет блажь навестить узницу. Так удалось отмыть от мела небольшой участок стекла, и я жадно припала к этому окошку в большой мир. Внизу — небольшой ухоженный сквер. Высокий второй этаж, рамы забиты гвоздями, а прыгать — только ноги ломать. Растрепанные листья пальмы отчасти загораживали вид, но я разглядела кусочек кованой ограды, а за ней — безлюдную улочку.
Вероятно, холостяцкое убежище Лони, где его навещает королева, находится не так далеко от королевской резиденции, на южной окраине Либертты. Там расположены дома самых богатых вельмож. Я пару раз бывала в этом районе в безуспешных поисках любой работы. Издалека любовалась великолепным беломраморным дворцом короля, который стоит на мысе, далеко вдающемся в море. Лес его башенок и высоких шпилей похож на мачты гигантского корабля.
День тянулся вяло и скучно. Я сидела в оконной нише, практически не отрываясь от «глазка». И медленно сходила с ума — больше делать тут нечего. Думала, думала. Громоздила одно предположение на другое, пока голова не распухла. В то же время, приходилось быть начеку, чтобы вовремя отпрыгнуть на другой конец комнаты, если кто-то войдет. Но никто не входил, даже еду не приносили. Приняла душ. Долгий, очень долгий, не боясь, что кто-то войдет, так как в крошечной уборной имелась защелка на двери.
Когда день померк, кто-то все-таки вспомнил, что последний раз я ела вчера вечером. Мрачный мужчина, который принес суп и жаркое, сообщил, что вообще-то кормить меня не обязаны, потому что хозяин уехал и не оставил распоряжений. Не удивительно, Лони не из тех, кто будет заботиться о чьих-то удобствах. Хорошо, что он убрался, значит, хотя бы сегодня меня не ожидают новые потрясения.
