Она была взволнована их встречей этим вечером не только потому, что это был их первый совместных Валентинов День, но еще и потому, что это был первый День Святого Валентина, когда у нее был парень. Еще она нервничала, потому что чувствовала, как переживает Сандор, когда он сказал, чтобы она доверила ему планирование всего вечера. Санса твердила себе, что нужно сохранять здравый смысл, понимая, что для Сандора это тоже был первый День Святого Валентина, который он проводил с девушкой, поэтому он тоже будет нервничать, может даже больше, чем она сама.
Она делала все возможное, чтобы сфокусироваться на счастливых мыслях и позитивном настрое. Сандор сказал, что бессмысленно было думать и расстраиваться из-за чего-то, что по его словам, должно было случиться не скоро. Она всегда знала, что Сандору придется уехать в колледж, но до тех пор, как Арья не расписала ей время в часах на самолете и на машине, в действительности она никогда не задумывалась о последствиях, которые это повлечет за собой, и что это будет означать для них, как для пары. Она потеряла покой, мучаясь от их неизбежного отдаления друг от друга в физическом плане, изо всех сил стараясь, чтобы Сандор не увидел, насколько сильно это расстраивает ее.
Санса накрасила ногти розовым лаком, чтобы он подходил к платью от Диора, которое висело на дверце шкафа, и когда лак высох, она спустилась вниз пообедать, перед тем, как вернуться назад в комнату, чтобы начать переодеваться.
«Сейчас еще час дня, Санса, - сказала Арья, - зачем тебе так рано переодеваться? Мы не уедем раньше четырех».
«У меня осталось всего три часа, чтобы сделать прическу и нанести макияж, - заявила Санса. – Я не хочу спешить, так что оставляю себе времени с запасом, если вдруг что-то пойдет не так».
«А что может пойти не так?»
«Ты знаешь, как трудно сделать идеальную подводку для глаз?»
«Ты права».
Санса одарила ее взглядом: «Тебе бы тоже следовало начать готовиться».
«Эхх».
«Я могу сделать тебе прическу и макияж, но ты должна успеть принять душ и переодеться, по крайней мере, к половине третьего».
«Ура! – оскалила зубы Арья. – Спасибо, Санса!»
Платье, которое мама купила для нее, безусловно, было самым причудливым и волшебным творением, которое мама когда-либо выбирала для нее. Оно было бледно-розовым, прозрачным и обнажавшим одно плечо. На юбке и лифе были вышиты нежные цветы и ветви сакуры с маленькими пернатыми птичками на талии и по краям. К платью с такими замысловатыми узорами Санса решила наполовину волосы собрать, наполовину ставить распущенными, и обойтись минимумом ювелирных украшений и аксессуаров. Для дополнительной высоты она решила обуть босоножки на каблуках. А макияж сделать обманчиво простым, используя блеск розовый нюд, чтобы соответствовать общему стилю.
Когда в два часа тридцать минут Арья вошла в ее комнату, они обе ахнули при виде друг друга.
«Вау!» - воскликнула Арья, оглядывая ее с верху до низу.
«Могу сказать то же самое о тебе, - вставила Санса. – Арья, ты прекрасна!»
Даже без прически и макияжа платье, выбранное мамой, просто потрясающе ее преобразило. Платье было оливкового цвета, прозрачным и воздушным. Лиф держался на изящных лентах и был вышит виноградными лозами, листьями и перламутровым бисером, который в виде ягод сверкал на вышитых ветвях юбки и лифа. Арья больше чем когда либо была похожа на лесную фею, и именно с этой мыслью Санса собрала изумрудно-зеленые волосы Арьи в небрежный хвост в основании головы, позволяя свободным прядям упасть ей на лицо и на шею. Затем она использовала люминесцентный макияж и мерцающие румяна на скулах Арьи, чтобы она как бы светилась изнутри. Закончив, Санса была настолько впечатлена своим шедевром, что уговорила Арью позволить сфотографироваться вместе с ней.
«Если тебе надо», - пожала плечами Арья.
Санса хихикнула: «Улыбнись и скажи селфи!»
Чувствуя себя обязанной, Арья позировала для селфи, делая глупое лицо. Когда мама зашла их проведать, то застала их все еще позирующих на телефон Сансы, и настояла, чтобы и вся семья тоже сфотографировалась. Обнаруженного рядом с их отцом Джори Кассела заставили выступить в качестве фотографа. И лишь когда их мать осталась довольна количеством получивших фотографий и качеством сделанных снимков, они смогли, наконец-то, покинуть дом.
