Для мероприятия они наняли лимузин, и приподнятое настроение Робба оживило их путешествие. Отель «Львиные врата» был одним из старейших и грандиозных отелей Королевской Гавани, а бальная зала «Желудь» выступала в качестве великолепно сохранившегося примера архитектуры и дизайна в стиле арт-декор 30-х годов двадцатого столетия: паркет с изысканным узором, мраморные колонны, увенчанные искусным орнаментом, и все это освещалось люстрами и бра геометрической формы. В честь Дня Святого Валентина зала была освещена мягким розовым светом, с потолка свисали драпированные шторы, которые смягчали резкость арт-декоров, в миниатюрных стеклянных канделябрах мерцали свечи, а основным украшением были огромные букеты из красных роз в высоких вазах. На столах и вдоль проходов были рассыпаны лепестки роз, создавая потрясающую романтичную обстановку.
После их прибытия организаторы мероприятия увели Робба в отдельную комнату, где находились остальные холостяки, ожидающие начала аукциона, во избежание приступа безумия у гостей и потенциальных участников торгов.
«Как известно, у девушек возникают…. разногласия перед аукционом, - сообщила Кейтлин, когда Нед спросил, к чему такая необходимость. – Вот организаторы и нашли способ предотвратить мелкие склоки, отделив холостяков до начала аукциона».
«А мне бы хотелось увидеть девчачью драку», - пробормотала Арья достаточно громко для того, чтобы Санса ее услышала.
Вскоре Сансу и членов ее семьи поприветствовали семейства Тиреллов и Баратеонов. Рикон был взбудоражен новой встречей с Ширен Баратеон, и Бран вызвался присмотреть за ним. Санса, Маргери и Арья немного отделились, чтобы не участвовать в беседе взрослых, и до торжественного начала аукциона общались со своими знакомыми.
Платье у Маргери было глубоко декольтированным, привлекая взгляды многих молодых и даже не слишком молодых мужчин, но девушка лишь рассмеялась, когда Санса обмолвилась об этом.
«Согласна, что некоторые взгляды направлены на меня, - совершенно беззастенчиво сказала Маргери. – Но думаю, вы обе тоже вызываете свою долю восхищения».
Санса знала, что не стоит оглядываться по сторонам, но после слов Маргери почувствовала устремленные на себя взгляды. У Арьи не было подобных сомнений, она открыто оглядывалась вокруг себя, отвечая на устремленные взгляды.
«Ты будешь участвовать в торгах сегодня?» - спросила подругу Санса.
Девушка одарила ее небольшой таинственной улыбкой: «Может быть».
«За Ренли?»
«Ренли? Нет, - покачала головой Маргери. – В этом году я позволю кому-нибудь другому дать за него ставку, кроме того, я на сто процентов уверена, что не в его вкусе».
«Джоффри? Все ожидают этого».
«Тогда, увы, их всех ждет разочарование. У меня сегодня слишком хорошее настроение, чтобы провести время в его компании».
«Тогда кого?»
«Не знаю, - ответила Маргери, - может быть мне дать ставку за Робба. Как думаешь?»
«Без понятия. А ты Арья?»
«Хмм? Ставка за Робба… конечно, почему бы нет».
Маргери хихикнула: «Спасибо за вашу поддержку, но чувствую, Робб сегодня будет пользоваться огромной популярностью».
«Это именно то, чего хочет мой брат», - рассмеялась Санса.
«Я слышала, что у холостяков прибавление, - сообщила им Маргери, - в аукционе будет участвовать шестнадцать холостяков».
«Да? И кого же добавили?»
«А вот этого я не знаю, - ответила Маргери, - но знаю, что его кандидатуру выдвинула Селиса Баратеон».
«Может быть это ее племянник?» - спросила Санса, смутно вспоминая, что у Селисы были племянники со стороны семьи Флорентов.
«Скоро узнаем».
Вскоре всех попросили занять места за отведенными для них столиками, и Санса присоединилась к своей семье за столом, который находился неподалеку от сцены, слева за столиком от них сидела Маргери со своей семьей. Серсея и Роберт Баратеоны присоединились к Джейме и Тириону Ланнистерам, а также множеству других блондинов, которые по предположению Сансы были членами семейства Ланнистеров. За еще одним столом по соседству сидели Станнис и Селиса Баратеоны с какими-то людьми, и Санса предположила, что это были члены семьи со стороны Селисы.
Санса заметила, что Арья пялится на столик, который был расположен в передней части залы, и проследив за направлением ее взгляда, Санса обнаружила девушку по имени Жасмин Цой, сидевшей рядом с пожилой однако все еще восхитительно красивой женщиной, которая явно приходилась ей матерью. На Жасмин было платье длиной до пола из ограниченной коллекции Альберта Ферретти из карминного шелка с глубоким вырезом, который подчеркивал ее тонкую фигуру, платье отлично смотрелось с ее кожей и прекрасными темными волосами.
«Она великолепна», - пробормотала Санса.
Арья немного откашлялась: «Да, она великолепна».
На сцене появилась женщина, привлекая внимание присутствующих.
«Счастливого Дня Святого Валентина, дамы и господа. Меня зовут Равелла Смоллвуд, я президент Ассоциации Женщин Королевской Гавани, и я хотела бы всех вас сердечно поприветствовать здесь сегодня!»
