– Слишком свежий, как по мне. Проклятье, вот холодина, правда? Давайте-ка – входите и покончим с этим поскорее, а?
Когда мы входим, Сандра пропускает Игги немного вперёд – Сьюзи прыгает с ним рядом – а потом обнимает меня рукой за плечо и пожимает его.
– Ты в порядке, дружок? – тихонько спрашивает она, и я киваю. – Мне жаль, что с твоей Ма так вышло. Я говорила с твоим Па – он считает, она вернётся через пару дней.
Внутри бара стоят на подставках прожекторы, снуют туда-сюда люди, а Па разговаривает с полицейским инспектором, который теперь ведёт поиски Тамми. Когда Па видит меня, он прерывает разговор и подходит.
– Ты не против всего этого, чемпион? – спрашивает он. – Тебе не обязательно участвовать, если не хочешь, ты же знаешь.
Я перевожу взгляд на стол, подготовленный к съёмке, с маленькими микрофонами и табличками с именами: «Инсп. Д. Джонс» и так далее. Ба уже сидит на своём месте.
– Ничего, Па, я не против, – говорю я. – Это… это же ради Тамми, а? – Мне приходится выдавливать из себя эти слова.
На самом деле я вообще едва ли могу говорить. Как будто всё то, что я хочу сказать, – о том существе Эллиэнн, о невидимом космическом корабле в сарае для лодок, о том, что произошло на причале и что она сказала про Тамми, и о статье на австралийском сайте – застопорилось у меня в голове, как машины в гигантской пробке, сигналят гудки, ревут двигатели, но ничего не может ни сдвинуться с места, ни выбраться отсюда.
Я глубоко вдыхаю и уже собираюсь сказать: «Па, можем мы поговорить минутку – наедине?» и выдать ему всё.
Но тут подходит Сандра и говорит:
– Ладно, Адам, Итан – давайте сделаем это?
Па говорит:
– Ага, – делает глубокий вдох и хлопает меня по спине. – Готов, сын?
Шанс упущен.
Через несколько мгновений всё начинается. Инспектор выступает с сообщением о том, что они «прилагают все возможные усилия», и «не теряют надежды», и «получают огромную поддержку от населения», и всякое такое в этом духе, я не очень-то вслушиваюсь. Кругом то и дело щёлкают и вспыхивают камеры.
Ба всё это время держит меня за руку под столом.
– Ты можешь рассказать нам, как себя чувствуешь, Итан? – спрашивает один из журналистов, и всё, что я могу сделать, это помотать головой, таращась в никуда и моргая от вспышек камер –
«Как я себя чувствую?» Что это за вопрос такой вообще?
Я чувствую себя так, будто меня перенесли в другой мир. Мир, который я видел раньше, по телику и в фильмах, где люди делают заявления на камеру, окружённые разными официальными лицами в форме и костюмах, и кругом щёлкают вспышки, и репортёры суют тебе свои микрофоны и называют по имени, хоть и не знают тебя. Только теперь я нахожусь
Вместо этого я только мотаю головой и молчу.
– Адам? Адам! Вы можете рассказать нам, как себя чувствуете? – спрашивает тот же дядька мгновение спустя.
– Итан, можешь ли ты вспомнить…
– Адам, считаете ли вы, что поиски уже должны были к чему-то привести?
– Итан, каково это – не знать, что случилось с Тамми?
Потом, безо всякого предупреждения, Па поднимается на ноги, опрокидывая стул.
– Убирайтесь! – говорит он. Он не кричит, но ему и не нужно кричать. – Убирайтесь из моего паба!
Сандра, сотрудница по делам семьи, тоже встаёт.
– Так, ладно, народ, достаточно. Достаточно. Всем спасибо. Мы будем держать вас в курсе событий. У вас у всех есть актуальные номера телефонов. Если появятся новые обстоятельства – вы узнаете в обычном порядке.
Она поворачивается к нам, хмуро улыбаясь.
– Идёмте. Вы сыты этим по горло, подозреваю, – говорит она, но ей приходится повышать голос, потому что журналисты и прочие собравшиеся начали переговариваться между собой. Кругом царит хаос.
А потом я вижу Игги, шагающего сквозь толпу. Я и позабыл, что он вообще здесь, но он тихонько стоял в уголке с другими жителями деревни, а теперь идёт прямо к нам, проталкиваясь через плотную массу людей.
Он хватает со стола микрофон и одним движением вспрыгивает на бильярдный стол, стоящий посреди комнаты, а Сьюзи, хлопая крыльями, следует его примеру и устраивается на краешке.
Игги кричит в микрофон:
– Народ! Послушайте меня! Сейчас же!
Все оборачиваются к нему, и на комнату опускается тишина, а моё сердце подпрыгивает куда-то в горло.
«Нет, Игги, нет», – хочу сказать я, но не могу выдавить ни слова. Да он и не услышал бы.
– Проверка… проверка…
Все замолкают, чтобы посмотреть на паренька с торчащей из-под плоской кепки рыжей шевелюрой, который стоит с микрофоном на столе для бильярда.
Я слышу, как Па говорит:
– Что за?..
Но он ничего не предпринимает. Думаю, он слишком шокирован.
– Это ЧРЕЗВЫЧАЙНАЯ СИТУАЦИЯ! – орёт Игги в микрофон. – Я бы хотел попросить всех бросить все свои дела и пройти со мной и Итаном на улицу. – Он указывает на меня, и все смотрят в мою сторону.
