Больше со стороны парня не донеслось ни шороха. Тот лежал не шелохнувшись. Как покойник в гробу, пронеслось в мыслях Кати. И чего это он такой послушный? Маруся что ли его так выдрессировала? Да ну, нет! Маня даже кота своего тупого не в состоянии наказать, если тот её поцарапает. А Эл… Это вообще ходячее воплощение фразы «Я сам себе закон». Но что тогда? Катя смотрела Тетрадь Смерти, черт подери! И она хорошо знает, какой L властный, строптивый и гордый. Не может он быть таким покладистым! Он для этого слишком самодовольный, ёптыс! После каждой своей подколки Катя ждала, что вот-вот его терпение лопнет, и он рявкнет на неё как следует. Стоит только вспомнить, как он терроризировал бедного Мацуду или как муштровал всю команду расследования, отдавая приказы не терпящим возражения тоном. И не дай Бог, кто не послушается или пойдет наперекор его указам – у L же моментально начинается нервный тик! Хэ! А тут он такой весь белый и пушистый, что прям только бери и гладь по мягкой шёрстке, авось замурлычит. Конечно, его поведение можно объяснить: он совсем один в чужом мире, кроме них у него здесь нет никого. А он ведь такой недоверчивый. Не малых усилий ему, должно быть, стоило доверить свою жизнь незнакомым людям и прийти сюда, где он совсем один, где он не имеет никакой власти. Он же думал и о такой вероятности, что они могут его подставить и так далее. Но всё равно пошел. Из чувства долга? Чувствовал свою ответственность за то, что упустил Киру? Все равно для этого потребовалась не дюжая решимость и сила характера, смелость в конце концов. Катя не была уверена, что на его месте она бы поступила точно также.
И всё же. Понятное дело, он не хотел лишиться расположения единственных знакомых, поэтому не спешил показывать свой норов. Да и потом, они-то в отличие от полицейских, не обязаны ему ни в чем помогать. Хотя лично она делала это хотя бы потому, что по их с Мариной вине, Кира попал в этот мир. Ну и… Катя не хотела себе в этом признаваться, но она уважала L. Нет, она никогда не была его фанаткой, и не размазывала сопли по клавиатуре при виде его смазливой физиономии в аниме. Но тем не менее, этот человек не мог не вызывать уважения. Так она считала. И блин может он сейчас и весь из себя такой спокойный и не собирается строить их по линейке, тем не менее, зная L, Катя с уверенностью могла сказать, что открытых насмешек тот не потерпит. И не терпел же: Маку хватило пяти минут, чтобы достать детектива, и тот бы точно огрел приставучего придурка, если бы Алина тогда вовремя не вмешалась. А Катя за целую неделю так и не сдвинулась с мёртвой точки. Элу, по ходу, вообще на неё насрать. Он даже не считает нужным наорать на неё как следует. Просто возмутительно! Ей что, мусорное ведро ему на голову высыпать нужно, чтобы он обратил на неё своё королевское внимание?
Хех, ну интересно ей было наблюдать за его реакцией (хотя реакции как таковой и не было, кроме недовольной морды разве что). Любопытно же, в конце концов. Когда ещё ей доведётся подействовать на нервы герою из аниме? И никак не привыкнуть к тому, что лежащий с ней в одной кровати парень – L… Странно. Порой просто не осознаешь, что это действительно он.
Ну касается того, послушный Эл или нет – во всяком случае спать он ей этой ночью больше не мешал.
На следующее утро Катя, как обычно проснулась от звонка будильника, громкий трезвон которого врезался в мозг подобно дрели. Бесцеремонно разбудив Великого детектива воплем на ухо, Катя безжалостно согнала сонного парня с тахты и вырубила наконец будилку. И, не обратив на обиженную мордаху Эла ровно никакого внимания, ушла на кухню. Увы, кроме овсяных хлопьев, Кате не удалось откапать ничего съестного, поскольку накануне вечером она в магазин сходить конечно же не потрудилась. Ничего. Будет диетический завтрак. А L перебьётся разок и без деликатесов. Располнел тут, понимаешь ли. Все самое вкусное ему подавай. И вообще, англичане же, кажись, любят овсянку? Короче, пусть только пикнет. Не нравится – сиди голодным. Проголодается – всё сожрёт. Катя, довольно ухмыляясь, потёрла ручки. Мы его быстро воспитаем!
Однако, когда она, произнеся на английский манер «Овсянка, сэр!», поставила перед детективом тарелку, тот ничего не сказал. Даже не попытался возразить или начать привередничать, что окончательно добило Катю. «Да что с ним такое??? Он что, заболел? Он должен был хотя бы спросить, нет ли чего-нибудь из того, что он любит!»
Но L молчал. Словно назло. Всё, что он сделал, это подвинул к себе сахарницу и не спеша положил в свою кашу шесть ложек (Катя посчитала) сахара, потом медленно размешал и принялся невозмутимо есть. Будь она сейчас в аниме, Катя не сомневалась – у ней бы возле виска повисла бы капелька. Маруся! Неужели это ты с ним что-то сотворила?!!... Верните нам нормального Эла!
