Англичанка, похоже, была в ауте. Когда она, наконец, очухалась и остановила парня, тот прочитал уже половину текста. Изо всех сил все ещё пытаясь сохранить невозмутимость, Тамара Евгеньевна сказала ему перевести прочитанное. Катю пробрало на ржач, когда Эл стал говорить вслух всё то, что сам же написал на листике только для неё. Почему-то ей показалось это забавным. А когда англичанка, недовольно засопев, всё-таки признала вслух, что новый студент довольно неплохо разбирается в английском языке (молодчинка, L!), Кате пришлось вцепиться зубами в рукав своей кофточки, так как в данную минуту больше всего на свете ей хотелось захохотать на весь кабинет, со щенячьим восторгом выкрикивая: «Получила! Получила!!! Хы-хы-хы!». Это наверное был первый случай в истории, когда Тамара Евгеньевна сказала, что кто-то из студентов РАЗБИРАЕТСЯ (!!!) в английском. Скольких усилий это ей стоило, ужасно даже думать.
L, сама невинность, сидел тихенько на своем месте и смотрел на англичанку большими чёрными глазами. Лицо его опять приобрело какое-то наивное детское выражение. Это просто пипец какой-то! Катя, не удержавшись, обернулась, чтобы обменяться взглядами с не менее довольной Алиной.
Однако весёлое настроение Кати испарилось уже через секунду. Ибо следующим, кого вызвали читать, была она. Катя и раньше слегка смущалась своего не очень хорошего умения читать. ДА! Она смущалась! Несмотря на своё пофигистичное отношение ко всем неинтересующим её людям, она терпеть не могла чувствовать себя неумекой. И её чертовски нервировало любое замечание преподши касательно её не самой лучшей техники чтения. Но несмотря на это, Катя как и любой другой уважающий себя лодырь даже и не думала совершенствовать свои навыки в этом деле, поэтому нотации англичанки о том, чтобы она тренировалась дома, читая текст не менее трёх раз, были простым сотрясанием молекул воздуха. Нет, Катя не была худшей в группе, нет. Ну, по крайней мере, не самой-самой.
Но в этот раз чтение стало для Кати ещё большей пыткой. И причиной этому был сидящий рядом Эл. Проклятье! С ней за партой сидел англичанин! Вот уж кому действительно будет смешно слушать её чтение. И дело даже ни в том, что он англичанин, а в том, что он L!!! Долбаный гений, который сто пудов считает всех вокруг себя недоразвитыми кретинами. Проклятье, Эл!!! Исчезни! Испарись из кабинета ну хоть на пару минут!!! Ну что же ты сидишь жопой на этом стуле?! Других занятий нет?! Выйди отсюда! Ну попросись в туалет что ли? И вообще, что ты косишься на меня? Отверни морду, кому сказала! Ну!!! Больше смотреть некуда?! Вон твоё излюбленное окно слева от тебя! Можешь пялиться в него, как и раньше, на здоровье! Всевышний! Прошу! Услышь мои молитвы! Пусть он исчезнет! Бляяяя!
Но вопреки всем взываниям Кати, Эл никуда исчезать не собирался и, как назло, так и остался сидеть на стуле, подперев щёку левой рукой и – она заметила боковым зрением – искоса наблюдая за ней. Пизд*ц… А как же окно?!
Наклонившись над текстом, Катя принялась читать, изо всех сил стараясь не обращать внимания на присутствие L. Англичанка, сволочь!!! Специально вызвала её следующей, чтобы подчеркнуть, как она плохо читает. Сука!!! Да уж конечно, если её чтение и так отстойное, то после Эла оно звучит ещё ужаснее. Вот гадина. Катя попыталась абстрагироваться от окружающей среды, но всё равно как назло, боковым зрением замечала каждое движение сидящего рядом детектива, который – к её ужасу! – неотрывно наблюдал за ней. Он что, специально?! Катя изо всех своих силенок пыталась читать более-менее нормально, но из-за посторонних мыслей только и делала, что ошибалась в прочтении слов и запиналась. Под конец, уже буквально уткнувшись носом в листок и свесив волосы так, чтобы не было видно, как она покраснела, Катя умудрилась даже слово «температура» прочитать неправильно. Сидящий рядом детектив тихонько фыркнул. Катя чуть не лопнула от негодования. Эта сучара что, РЖЁТ НАД НЕЙ?!! Катя сама не поняла, как только в тот момент она смогла сдержаться, чтобы не повернуться и не уе… этому сукиному сыну прямо по его наглющей морде. Присутствие народа спасло Великого детектива от расправы. Однако в течение последующих пяти минут, что Катя переводила свой отрывок, нагло, с весьма умным видом читая то, что перевел ей Эл, мысли её были заняты не членистоногими, а весьма успокаивающими её картинками, где в главной роли была она, самыми разнообразными способами убивающая одну чернобрысую сволочь. К переводу преподша придираться не стала. Оно и понятно.
После проверки домашнего задания Тамара Евгеньевна принялась объяснять новую тему под названием причастный оборот. Катя, как и все, внимательно слушала, поэтому не сразу поняла, в чём дело, когда англичанка вдруг резко произнесла:
- Корсаров! Вы почему не слушаете?
