Алекс толкнула раздвижные двери на террасу. Обогнув дом, она обнаружила бассейн. Он был меньше обычного, за ним серел сумрак, нарушаемый черной изломанной линией утеса, за которым было лишь усыпанное звездами небо. Тут Алекс увидела, что бассейн занят: девушка в одних трусиках сидела на бортике, а мальчик, полулежа на воде, потягивал вино из бокала.
Алекс повернула в другую сторону.
Склон лужайки, деревянный забор, а дальше океан, который можно было увидеть, только подойдя вплотную к забору. Несколько парней и одна девушка сидели по ту сторону ограды, на краю утеса, свесив ноги. Она слышала, как они разговаривают, из темноты доносился смех. Один из парней крикнул Алекс что-то, но она не расслышала.
– Что?
– Я спросил, помочь ли тебе перелезть через забор?
– Мне и здесь хорошо, – ответила Алекс. – Можно стрельнуть одну?
Когда Алекс подошла вплотную к забору, чтобы взять сигарету и коробок спичек, у нее закружилась голова: обрыв начинался сразу за оградой, внизу угадывались темные очертания скал. Столько возможностей для несчастного случая. Для трагического конца. Никто из мальчишек не выглядел испуганным или напряженным, они явно не сознавали опасности. Сидели на самом краю и болтали ногами, шаркая пятками кроссовок о скалу.
На самом деле Алекс не хотелось курить, но она порадовалась, что можно чем-то занять себя. Всем понятный способ убить время. Когда она выдыхала, ветерок уносил дым, и если не смотреть вниз, все не так уж и плохо.
Среди мальчишек прокатилась волна смеха.
– А почему нам вообще нравится Макс? – спросил парень, угостивший Алекс сигаретой. Алекс протянула через ограду спички, и он взял их не глядя.
Снова короткий взрыв смеха.
– Серьезно. Давайте, скажите кто-нибудь. В смысле, я просто хочу, чтобы мне напомнили, в чем его клевость.
– Ой, перестань, – сказала девушка. – Не гони.
– Да я просто прикалываюсь. Господи! – миролюбиво ответил парень.
Он зажег спичку и щелчком отбросил ее за край утеса, она почти мгновенно потухла.
– Прекрати, – сказала девушка, но ее голос звучал равнодушно.
Он снова зажег и отправил в полет спичку, огонек снова почти мгновенно погас, поглощенный тьмой. И еще раз. У Алекс возникло ощущение, что он будет делать это всю ночь.
В доме одна из девочек лежала на полу в гостиной, маленький песик устроился у нее на животе. Она подняла его переднюю лапку, как будто они танцевали, в другой руке она держала вейп. Приподнявшись на локтях, затянулась и выпустила дым в морду псу.
Другая девушка снимала это на телефон.
– Подожди, – сказала она, – подожди, сделай так еще раз.
Та подчинилась, и маленькая голова собаки исчезла в облаке дыма.
– Куда ты пропала? – спросил Джек.
Он на мгновение приобнял Алекс одной рукой. Неожиданный жест, но Джек, похоже, уже набрался: взгляд расфокусированный, а улыбка слегка заторможенная.
– Я соскучился.
– Просто вышла покурить, – ответила Алекс.
Народу в комнате и на кухне прибавилось чуть ли не вдвое. Мальчик в капитанской фуражке наполнял выстроенные в ряд стаканы. Высокий парень, похожий на немца, щелкал пультом, прыгая по иконкам фильмов на экране телевизора. Он попытался ввести буквы в поисковую строку, но запутался, нажал на пульте кнопку и произнес:
– Лицо со шрамом.
В поисковой строке так ничего и не появилось, и парень раздраженно фыркнул.
– ЛИЦО СО ШРАМОМ! – крикнул он в пульт. – Лицо со ШРАМОМ! – Он бросил пульт на диван. – Вот говно.
Парень с крысиным лицом, Макс, на другом конце комнаты разговаривал со светловолосой девочкой, но, заметив Алекс, направился к ней с Джеком.
– Твой друг идет, – сказала Алекс.
Джек помрачнел.
– Неохота с ним разговаривать. Он сегодня слишком стремный. Уже задолбал кучу людей.
– Здесь есть место потише? – спросила Алекс. – Хочешь подняться наверх или что-нибудь в этом роде?
Джек приподнял брови. Чуть не улыбнулся, но сдержался.
– Конечно. Да, здесь слишком шумно. – Он осушил свой бокал. Который по счету? – Хочешь еще вина или чего другого?
– Мне и так хорошо.
И ей действительно было хорошо: одна сигарета, один бокал вина, полный дом людей. Эпизод с Даной уже казался галлюцинацией. Джек жевал красные от вина губы – а он славный. Не славный, неподходящее слово. Но в нем не было ничего опасного.
Они сели на кровать в комнате наверху, где гости побросали свои сумки. На полу валялись несколько рюкзаков, на стуле сохли плавки. Если бы Алекс была одна, она бы обшарила сумки. Но сейчас это желание было притупленное, возникло и исчезло, сейчас ей это просто не нужно – ведь все в порядке. Рядом с Джеком такие порывы если и возникали, то тут же затихали. Что плохого может случиться рядом с этим белокурым папиным сынком?
– Тебе норм? – У Джека слипались глаза.
Алекс чувствовала нейтрально-содовый запах его дезодоранта.
– Да, – ответила она. – Вполне.