Иллюстрацией к этому служит рис. 16. Табличка с изображением лошадей представляет собой особый интерес, так как является, по-видимому, самым древним свидетельством существования лошади вообще. Воспроизведены исключительно головы. По довольно убедительному предположению В. Шейля, когда грива (на рисунке это черточки) поднята вверх, подразумеваются жеребцы, если же грива спущена, речь идет о кобылах, а при полном отсутствии гривы — о жеребятах. Табличка содержит (например, слева от лошадиных голов) также цифры: знак, напоминающий оттиск большого пальца, означает единицу, маленькие кружки, как и в Шумере, — десятки.
Протоэламское письмо следует читать (по В. Брису) справа налево. Последний ряд на рис. 16, следовательно, кончается: «кобылиц — восемь». Знаки, расположенные справа от головы лошади, могут означать владельцев животных или тех, кому они предназначались. Таким образом, эти знаки, очевидно, представляют собой титулы или служебные звания. На оборотной стороне таблички (рис. 17) посередине книзу выведена общая сумма, а именно: 185, сначала, справа, знак «сто», затем рядом, левее, восемь десятков и слева от них — пять единиц. Эта табличка, скрепленная печатями, изображающими то стоячих, то лежачих газелей или каменных козлов, свидетельствовала о том, что она относилась к официальным документам. Такие печати могли принадлежать коневодам.
По всей вероятности, протоэламское письмо насчитывало не больше 150 основных логографических знаков. Правда, их можно было самым различным образом комбинировать между собой, и поэтому таблички производят впечатление, что при их написании использовалось гораздо большее количество знаков. Из этой письменности, относящейся к чисто логографической, после 2900 г. до н.э. родилось путем ее упрощения слоговое письмо, в котором попадались лишь единичные логограммы. Подобным же образом письмо развивалось и в Шумере. Очевидно, писцовые школы обеих стран взаимно влияли друг на друга[12]. В Эламе, так же как и в Шумере, возникло линейное письмо. Пользуясь этим письмом, можно было сделать не только хозяйственные записки, но и выразить события личного, религиозного, политического, исторического характера, происходящие в стране.
Вероятно, развитие эламского линейного письма было завершено к середине III тысячелетия. До нас оно дошло лишь в виде пяти документов на глиняных черепках и 11 надписях на камне, датированных XXIII в. до н.э.
На этой своей завершающей стадии эламское линейное письмо насчитывало, вероятно, около 80 знаков. Из них на камне засвидетельствовано до сих пор 44. В основном писали сверху вниз, однако встречается и обратный порядок. Строки начинаются то с левого утла, то с правого. Иногда внутри одного столбца ось расположения знаков меняется на 180°, что означает абзац. Так как знаки эламского линейного письма частично выведены из тех же логограмм, что и у шумеров, многие знаки в обеих письменностях по своему начертанию обнаруживают большое сходство. Однако звучание у них совершенно разное, если не считать знак ki, да и тот по чистой случайности. Так, например, шумерско-вавилонский знак him читается по-эламски su и т.п.
Все дошедшие до нас надписи на камне, сделанные при помощи эламского линейного письма, относятся к царю, правившему около 2250 г. Хотя они хранятся в Лувре еще с начала XX в., их расшифровали в основном лишь к 1961 г.[13]
Правда, Ф. Борк еще в 1905 г. утверждал, что одна из этих надписей представляет собой эламское изложение вавилонской надписи, расположенной непосредственно над ней. Точнее, пятистолбцовая эламская надпись на рис. 18 — якобы перевод левых, расположенных над ней столбцов вавилонского текста (в фотокопии пропущено).
Ф. Борку не поверили, но он был прав. Ему просто не удалось доказать свое утверждение. Как выяснено в настоящее время, он сумел из 44 эламских знаков истолковать правильно лишь 3. Все усилия Франка остались также почти безрезультатными. Французские ученые, которым мы обязаны этим памятником, добросовестно изготовили с них диапозитивы и скопировали их в виде рисунков, однако в дешифровке памятников они были не более удачливы, чем их немецкие коллеги.
Дешифровку неизвестной письменности всегда можно сравнить с интересным приключением. Мне хочется сделать читателя по возможности участником такого приключения. Однако прежде прошу позволить личное примечание. В 1802 г. Г. Ф. Гротефенду удалось в Геттингене расшифровать начало древнеперсидской клинообразной надписи царей Дария и Ксеркса. Когда я летом 1961 г. докладывал на Геттингенской конференции востоковедов о расшифровке эламского линейного письма, один участник конференции выступил перед аудиторией с заявлением, что прочитал на фирменном здании, расположенном напротив зала заседания, имя «Гротефенд», выведенное большими буквами, и истолковал это как благоприятное предзнаменование...
