Легко представить себе, какое значение должно было получить для селевкидских царей существование македонского элемента в населении их державы. Македоняне, став гражданами какого-либо города, оказывались потерянными для царской армии, по крайней мере для фаланги. Идея суверенитета «полиса» исключала привлечение его граждан к воинской повинности. Город в крайнем случае посылал отряд вспомогательных войск, но не давал рекрутов, набранных индивидуально и рассеянных по различным частям. Македонские общины и
Так, известно, что упомянутый выше македонянин, сын Диофанта, был призван в царскую конницу.[598] По свидетельству Посидония,[599] Диодот Трифон получил поддержку людей из Лариссы (возле Апамеи Сирийской), известных своей храбростью и «получивших право поселиться здесь за их мужество. Они эмигрировали из фессалийской Лариссы и служили царям, потомкам Селевка Никатора, в составе первого конного полка». Здесь перед нами кантональная система воинского набора. Определенный населенный пункт направлял своих солдат в подразделение, к которому он был приписан. Вполне допустимо предположение, что отряды фаланги пополнялись таким же способом воинскими наборами в македонских колониях.
Есть еще несколько свидетельств, позволяющих представить себе, как эта система функционировала.[600] Так, в Первой книге Маккавеев сообщается, что Антиох IV для подавления еврейского восстания «собрал огромную армию, все войска своего царства, открыл свою сокровищницу, уплатил жалованье воинам за год и приказал быть готовыми для выполнения любого дела». Здесь явно идет речь о мобилизации, а не о сборе регулярных войск. Со своей стороны, Иосиф Флавий рассказывает, что Антиох V для войны против евреев приказал «собрать наемников и всех боеспособных людей в царстве». Имеется еще одно указание: Деметрий II лишился симпатий своей армии, когда сохранил на своей службе только приведенных им с Крита наемников. «Он распустил все свои войска, возвращая каждого в его страну… и все войска его отцов стали его врагами». Иосиф Флавий объясняет это тем, что предшественники Деметрия платили армии даже в мирное время, чтобы в случае необходимости воины были преданы им и готовы сражаться. Юстин тоже упоминает этих
Эти свидетельства, хотя они и разрозненны, достаточны, как нам думается, чтобы создать представление о военной системе Селевкидов. Постоянная армия (гарнизоны крепостей и т. д.) пополнялась не только за счет наемников, но также и главным образом посредством рекрутского набора внутри страны. В случае необходимости царь издавал приказ о новом наборе. Эта старая македонская система «вооруженного народа» оставалась в силе и в правление Антигонидов. Так, в 197 г. до н. э., во время войны с римлянами, Филипп V приказал провести набор во всех общинах своего царства.[601]
Эта система рекрутского набора значительно отличается от птолемеевской организации. Жители египетского селения принадлежали вперемешку к самым различным народам и воинским подразделениям. В то же время солдаты одного и того же войска жили в различных селениях. Дело в том, что у Лагидов земледельцы были обязаны личной военной службой в качестве собственников земельных участков. Военная служба здесь была повинностью, налагаемой дарованием земли. Κληρουχοι Египта представляли собой нечто вроде оседлой армии. У Селевкидов же была другая система — военный набор. Человек призывался в армию как житель, например, Лариссы, а не как получатель приносящего доход дара.
