Обычные обозначения рабов и в римском и в готском сводах законов-servi, mancipia. Там и тут они считаются собственностью своих господ, рассматриваются как вещи, наряду со скотом входят в состав движимого имущества[462]. Уход серва от господина именуется бегством; в течение нескольких десятков лет беглый раб не гарантирован от того, что не будет возвращен прежнему хозяину[463]. Он не может жениться без разрешения господина. Дети рабов наследуют положение родителей. Если рабы принадлежат разным господам, то потомство делится между ними поровну[464]. Браки рабов со свободными запрещены[465]. Похищение раба расценивалось как {102} кража, похищение же свободного человека отождествлялось с убийством[466].
И римский, и готский кодексы законов не признают сервов правоспособными субъектами. Рабу нельзя давать ссуду, поскольку его имущество принадлежит господину, который не отвечает за сделки, заключенные сервом без его ведома[467]. Вообще все документы, подписанные сервами, недействительны[468]. Рабы не имеют права жаловаться на своих господ и свидетельствовать против них (кроме случаев государственной измены и чеканки фальшивой монеты)[469].
Раб не отвечает за преступление, совершенное по приказанию господина: всю ответственность несет хозяин[470]. Если раб виновен в преступлении, которое карается смертью, хозяин должен выдать его судье; за незначительные же преступления господин сам наказывает своих сервов[471].
Одинаково формулируют готские и римские законы и положения относительно власти господина над жизнью и смертью раба (jus vitae necisque): господин не имеет права убивать своего раба, но не несет ответственности, если он умрет во время экзекуции, которой был подвергнут по его же приказанию[472]. В случае убийства чужого раба виновный должен отдать хозяину убитого двух своих рабов[473]. Раба, пытавшегося найти убежище в церкви, священник обязан был выдать господину, получив от него обещание простить беглеца[474]. Рабов продают (с землей и без земли), дарят, дают в приданое, обменивают — и те, для которых был составлен Бревиарий, {103} т. е. галло-римляне и испано-римляне, и те, которые руководствовались законами Леовигильда, т. е. вестготы.
Ряд законов, посвященных аграрным правонарушениям, исходит из представления о тесной хозяйственной связи рабов с их господами. Сервы пашут господские поля, работают на виноградниках своих хозяев, пасут их скот и т. д.[475]. Но наряду с такими сервами в источниках упоминаются и рабы, подобно колонам, обрабатывающие свои земельные держания и уплачивающие оброк[476].
В общем мы можем констатировать, что крупные землевладельцы готского и римского происхождения в равной мере применяли рабский труд. Одни сервы обслуживали господскую часть поместья, другие — свои земельные держания. Тем не менее принцип римского права, согласно которому пекулий раба является собственностью господина, признавался в VI в. и готским законодательством. Продажи, совершенные рабами без ведома господ, считались недействительными[477]. Права господ на все имущество раба тщательно охранялись законами[478]. Таким образом, сравнение установлений Бревиария и Вестготской правды свидетельствует об отсутствии различий в положении рабов-германцев и рабов из местного населения. Наряду со многими другими это обстоятельство, на первый взгляд, как будто является показателем полного усвоения готами римских рабовладельческих порядков. В действительности было не совсем так. Рабство претерпело в Вестготском государстве существенные изменения, в чем легко убедиться, если рассмотреть положение сервов в последний период существования Толедского королевства. {104}
Помимо рабов светских землевладельцев, в Вестготском государстве имелось большое число рабов фиска и церкви. Основной контингент королевских рабов составляли, по-видимому, потомки сервов императорских доменов, перешедших в руки готских королей. Обращенные в рабство за некоторые государственные преступления также становились рабами фиска[479]. Они выделялись в общей массе сервов. Королевские рабы обычно владели земельными участками, уплачивали оброки и несли государственные повинности (angariae)[480], они иногда имели своих рабов и вольноотпущенников[481]. Подчас имущество королевских сервов было весьма значительным: они могли делать пожертвования духовенству и даже сооружать церкви[482]. Такие рабы располагали возможностью занимать дворцовые должности: они становились палатинами, подчас им поручался надзор за призывом военнообязанных (compulsores exercitus)[483]. В отдельных случаях королевские сервы могли свидетельствовать на суде так же, как и свободные[484].
