— По итогу недели мы сумели найти и уничтожить двадцать семь опорных пунктов мятежников, — докладывал один из адъютантов регента. — Их армия окончательно разгромлена, а союзные силы держатся за своей границей. Однако сопротивление среди мирных жителей продолжает быть высоким. Выступления удалось разогнать, но недовольство только ширится.
— Ещё бы!.. Их буквально заливают деньгами и оружием, — недовольно проговорил Пётр. — Что с каналами поставок? Удалось обнаружить, как именно их снабжают?
— Уничтожено три склада вооружения и боеприпасов, несколько схронов с техникой, — бодро отчитался другой адъютант. — Удары наносятся в срок и в точно установленные цели. Возмущение местного населения понятно, но мы делаем всё максимально аккуратно.
— В местах, где жандармерия подчинена военной полиции, нам удаётся сдерживать волны протеста. Несколько местных популярных ведущих пошли нам навстречу, но большая часть называет их предателями идеи независимой и суверенной Польши, — начал отчёт третий, чья должность была введена после очевидных преимуществ, полученных цесаревичем от сетевой пропаганды. — И большие вопросы вызывает новая информация, муссируемая в СМИ.
— Можете на неё не отвлекаться. Наша задача — перебить потоки пропаганды со стороны местных националистов, — сказал Пётр. — Показывайте действия партизан, казни лояльных власти граждан, пытки подростков — всё, что новые лесные братья используют по всей стране.
— Это не запугает наших сторонников? — спросил один из адъютантов.
— Сделайте так, чтобы не запугало. Не знаю как… Пускайте агитацию на службу в армии, показывайте спокойную и сытую жизнь в центральных городах империи, — недовольно ответил регент. — Почему мне приходится учить вас вашей работе?
— Прошу прощения, ваше сиятельство, — тут же склонил голову руководитель сетевой пропаганды.
— Хорошо. Что у нас с терактами? — наконец перешёл к самой животрепещущей теме Пётр, и люди начали отводить взгляды. — Я так понимаю, ничего?
— Следственная группа, вышедшая на подозреваемых, исчезла в полном составе, — нехотя ответил глава военной полиции. — Их методы очень напоминают таковые для секты Детей Господних, массовое применение диссонанса, саботаж на производствах и электростанциях. Только они стали куда более жестокими и кровавыми. За прошедшую неделю погибло или было извращено больше пяти сотен человек. Военные не пострадали.
— Они бьют по мирняку, пытаясь посеять панику и недовольство властью у тех, кто ещё остаётся на своих рабочих местах, — тяжело вздохнув, проговорил глава жандармерии. — Что мы можем с этим сделать? Не распылять же силы по каждому предприятию.
— Они сеют панику и страх… возможно, в этом и есть их слабость, — подумав, решил Пётр. — Сделаем их врагами собственного народа. Покажите всем, что они убивают тех, за кого призывают сражаться. Во всех подробностях. И расскажите, что мы гарантируем неприкосновенность и хорошее вознаграждение всем, кто поможет выявить террористов и мятежников.
Сутки прошли без происшествий, но расслабляться никто не собирался. Общество Теслы — не тот противник, на которого я рассчитывал, и уж точно не тот, которого я желал. Но судьба в очередной раз не оставила мне выбора. А потому мы сделали несколько вещей, которые от нас зависели.
В первую очередь разобрали крейсер по крупным агрегатам, упаковали их в совершенно одинаковые контейнеры и разослали по разным заводам, исследовательским и судостроительным предприятиям. Даже если в них нет ничего ценного, определить это на первый взгляд было невозможно, а так, методом обратного инжиниринга, мы могли получить передовые или даже уникальные устройства.
При этом тщательно фотографировалось и документировалось, какой приор или механизм стоял рядом, с чем они взаимодействовали, какие были входящие токи и прочее. Процедура была нелёгкой, но несколько тысяч человек и пара сотен кранов сумели справиться с нетривиальной задачей за два дня.
Кроме того, никто не знал, какой контейнер куда поедет, на них не было никакого визуального обозначения, что должно было запутать наших противников. Если они хотят не допустить, чтобы мы узнали о строении корабля больше, пусть погоняются за запчастями по всей стране.
— Нужно перевооружить охрану, — сказала Мария, когда изучила видео нашего столкновения с экипажем вражеского крейсера. — В этот раз вам повезло, в следующий удача может быть на стороне врага.
— И что ты предлагаешь? — спросил я.
— Перевооружить. Во что и как — это не моя забота, я не хочу вас потерять, — проговорила первая супруга. — Или не лезть на передовую хотя бы тебе и Ангелине.
— Отсидеться за чужими спинами не выйдет, — спокойно сказала Ангела. — Тем более сейчас, когда у нашего милого мужа открылось второе дыхание. Верно, дорогой?
— Если ты про стихийный дар Романовых, то я не уверен, что оно прямо открылось, но теперь я могу повторить фокус ведьмы, — кивнул я, и на вопросительный взгляд Марии активировал меч, а затем добавил к клинку пламя, ставшее видимым невооружённым взглядом.
