Поработала я года два и в какой-то момент возомнила себя матерой учительницей. И тогда мне захотелось взвалить на себя еще какую-нибудь ответственную роль, еще как-то себя педагогически проявить. Мне было 20 лет, и понятно, что смачные рассказы М.В. о поездке с классом в Крым травили мне душу. И я стала потихоньку, но регулярно ныть: "Дава-айте куда-нибудь поедем, ну дава-айте...". Оказалось, я была не совсем готова к тому, что М.В. задаст конкретный вопрос:
- Куда ты хочешь?
- Когда я училась в восьмом классе, мы ездили в Ленинград... - робко начала я.
- Ну давай в Питер.
- Что? Так сразу? - опешила я. - А где мы там будем жить?
- Как где? В школе.
Я восхитилась: "До чего у нее все просто!"
На следующий же день М.В. приносит мне номер телефона какой-то питерской школы, в которой уже якобы кто-то останавливался:
- Звони. И вообще, возьми организацию на себя. Мне некогда.
В поисках крыши
Звоню я в эту школу. Мне отвечают, что у них нельзя остановиться, что они вообще больше этим не занимаются, потому что гости приезжают, все ломают, а они потом не могут расхлебать... Я вешаю трубку. Облом. Больше у меня ниточки нет.
Думала, думала, звоню опять: - Дайте мне, пожалуйста, телефон РОНО.
- А зачем вам?
- Мне нужны телефоны других школ.
Звоню в РОНО, объясняю ситуацию. Мне дают три телефона. Только в одной из школ мне не отказали сразу: сказали, что директора нет, попросив перезвонить через полчаса.
Без всякой надежды звоню через полчаса - первая фраза директора: "Когда вы приезжаете?" У меня аж дыхание перехватило.
До сих пор не могу понять: зачем ему все это было нужно?
Боевое крещение
У нас боковые места. На верхних полках пришлось сделать валики из свитеров, чтоб никто ночью не свалился.
Нам с М.В. так и не удалось поспать. Купе напротив нас было занято алкоголиками. Они и не думали ложиться, а всю ночь пили и горланили. Мы обратились к проводнице:
- Выключите, пожалуйста, свет. Может быть, они утихомирятся?
- Раз люди не спят, я не буду выключать свет.
- А у нас дети...
- Ну и что? Ваши дети вырастут и тоже будут алкоголиками. Что алкоголики, не люди?
Собственной персоной
Всех потрясло, что директор встречал нас на крыльце школы. Шесть часов утра, мелкий гадкий дождик - а он на крыльце! "Вот, пожалуйста, ваши ключи. Вот здесь телефон. Я живу в этом же здании - вход со двора, если что - звоните. Ваш класс на третьем этаже". И тут наши дети как ломанулись на третий этаж, прямо в тяжеленных рюкзаках.
Чистенький класс, цветочки на окнах... На полу - маты! Директор продолжал о нас заботиться: хватает ли на всех спальников? не принести ли одеяла?..
Потом он озадачился: где же мы будем есть? "Нет, надо вам еще кабинет математики открыть". Он что, не понимает?! Грязная посуда, кипятильники - а тут учебные пособия, проектор, тетрадки стопочками...
Как мы все это вылизывали потом, когда уезжали! Отмывали стенки от липучек, а столы от вермишели. Сдували пылинки с цветочков. Коридор мыли чуть ли не до туалета. И потом в носках ходили в класс за рюкзаками, чтобы не наследить заново. Мне показалось, дети вкалывали очень сознательно - понимали, какой неожиданный и щедрый подарок нам всем тут преподнесли.
Первый день
Сначала мы направились в Русский музей. Дело в том, что Екатерина Георгиевна (наша учительница по ИЗО, но главное - она пишет иконы) попросила нас сфотографировать там Рублевское "Крещение Христа". Обегали весь Русский музей и все-таки нашли. Радости полные штаны. Фотографировала икону я. Дети обеспечивали конспирацию (снимать запрещено).
Пока искали икону, натыкались на очень известные картины. Помню, дети каждый раз поражались: оказывается, и эта висит в Русском музее!..
Вот Аничков мост - дождик накрапывает, мы все в капюшонах...
Вот мы вокруг Исаакия бродим. А вот мы на крыше. Вот рядом знаменитый туалет, про который мы подумали, что это имение какого-нибудь графа...
Вот колоннада Казанского собора, и мы под ней что-то жуем...
А вот по Дворцовой площади скачет Анна Игоревна уже на живом коне (чуть не сказала:
Вот мы на Невском, покупаем в Елисеевском что-то вкусненькое...
На сон грядущий
