Наклонившись, Эллен взяла с прикроватного столика фотографию мужа и сына в рамке и вручила ее мне.
– Когда демоны правили в нашем измерении, тринадцать семейств занимали особое место в иерархии. Демоны были королями, а те ведьмы и ведьмаки – лордами при них. Революция принесла демократию. Сместив нашу реальность, выведя ее из-под власти демонов, мы разрушили социальную структуру, существовавшую с момента появления первых людей. Хотя три семейства и обрадовались своей свободе, им не понравилось то, что они потеряли власть над теми, кто стоял ниже их по рангу.
На минуту в комнате воцарилась тишина.
– Эрик был из такой семьи, – вымолвила Эллен наконец.
– Дядя Эрик? – переспросила я, с трудом понимая Эллен. И едва не уронила фотографию.
Эллен взяла ее и поставила обратно.
– Да, но он был совершенно иным, нежели его родственники. Порвал с ними и присоединился к десяти семействам задолго до того, как мы встретились.
– И Джинни боялась Пола, потому что его отец был из одного из враждебных семейств?
– Нет, Мерси, причина заключалась в другом. Когда три семейства отделились от нас, было высказано некое пророчество. Когда родился Пол, Джинни узнала его смысл. Предсказано, что смешение наших кровей приведет к рождению ведьмы, способной вновь объединить тринадцать семейств. А мы ни о чем даже не догадывались, пока Джинни не проболталась.
– И Джинни пожертвовала Полом, чтобы не дать семьям объединиться? – уточнила я, осторожно погладив ее по плечу.
Эллен села на кровать рядом со мной.
– Не представляю, чего она хотела. И я не уверена, что тревожилась из-за ведьмовских родов. Похоже, она желала, чтобы никто не превзошел ее в могуществе, и подозревала, что может стать бледной тенью моего сына.
– То есть Джинни подстроила аварию? – в ужасе предположила я.
– Нет, – с холодным спокойствием отрезала Эллен. – Иначе я бы сама ее уничтожила, много лет назад.
– Джинни пыталась изобразить из себя святую, великомученницу, но на самом деле была ничтожной и властолюбивой дрянью, – добавила Эллен. – Хорошо, что она мертва, и троекратное «ура» Матери Хило или… кто там это сделал.
– Значит, в гибели Джинни точно замешана Хило? – осведомилась я. То, что Хило была недоброжелательной по отношению к Джинни, я знала наверняка. Она терпеть не могла всех Тейлоров.
Эллен кивнула.
– Но с чего Хило настолько сильно ненавидеть Джинни, чтобы убить ее?
Эллен обхватила себя руками и поежилась.
– Эх, милая, у людей, подобных Хило, всегда имеется длинный список надуманных обид. А за годы она и Джинни часто лбами сталкивались, так что у Хило накопилось много причин ее ненавидеть.
– Я слышала, что Оливер когда-то пересекался с их семьей. Вроде дружил с ее внучкой, той, которая утопилась, – начала я, пытаясь выудить из Эллен побольше информации. Может, тогда самого Оливера спрашивать не придется.
– А, ты про Грейс! – воскликнула Эллен. – Откуда ты такую древность вырыла?
– Люди говорят, – уклончиво ответила я.
– Что ж, Оливер и Грейс проводили в одной компании некоторое время, но очень давно, когда он был еще подростком.
Эллен явно принялась подсчитывать, сколько же лет с тех пор прошло.
– Тогда он и Адам Кук были приятелями. По слухам, девушка сделала аборт и потом очень пожалела. Скверная получилась ситуация, но нас она не касается. Мерси, думаю, тебе не надо объяснять, почему твой дядя не мог стать причиной ее беременности.
Эллен криво улыбнулась.
– Нет, мэм, я абсолютно уверена, что дядя Оливер тут ни при чем, – быстро согласилась я.
Мне хотелось верить, что дядя Оливер мухи не обидит. Разумеется, он ничего плохого с Грейс не сделал! После недавних событий я мечтала хоть чем-то утешиться.
– Но я немало об этом размышляла, – проговорила Эллен. – Если Хило
– Почему?
– Хило занимается черной магией, кровавой. Джинни была могущественной ведьмой. Кровь Джинни могла напитать Хило энергией. Вероятно, мы все неправильно поняли, и это было не убийство, а жертвоприношение.
– Но для какого заклинания нужна человеческая жертва?
– Мерси, такие люди, как Хило, умеют запасаться энергией кровопролития. Хило может использовать ее для чего-либо серьезного, например, для воскрешения, но может и годами отщипывать по кусочку, создавая заклинания на деньги, на месть, на любовь…
– Но я считала, что в любовных делах кровь не используют, – выдавила я и осеклась. Я же просто приняла на веру слова Мэйзи и успокаивала себя тем, что смерть Джинни не имеет никакого отношения к заклинанию, которое я просила у Хило на перекрестке.
– Безусловно, я бы не стала. Нужно свихнуться окончательно или отчаяться, чтобы прибегать к любовной магии. Кстати, настоящие ведьмы в этих случаях кровь не используют. Но для Хило и ей подобных – тех, кто применяет заимствованную силу – кровь оказывается единственным решением. Ой, милая, по-моему, я тебя запутала!
Эллен натянуто улыбнулась.
– Хватит! Мерси, только погляди на нас! Пусть прошлое останется в прошлом. Не надо тратить свое время и красоту, копаясь в плохих воспоминаниях. Давай выпьем чаю.
