Мимо меня прошествовал Бодуэй Джонс, увешанный серебряными украшениями с бирюзой. Побрякушек ведьмака явно хватило бы на ювелирный магазинчик. Бодуэй распевал заклинания и обмахивал пышным пером благовонную палочку, которую держал в руке. Кивнул мне, не прекращая своего занятия. Он хотел устранить весь негатив из нашего дома. Интересно, подумала я, надо его предупредить о Конноре или нет? У меня не хватило духу терзать этим Айрис. Если мужчина все правильно сделает, то наверняка изгонит дух Коннора прежде, чем Айрис и глазом моргнет.
Экала Марингар прибыла вместе с ними, но сразу же уединилась в гостевой и не выходила оттуда даже за водой и едой. Я лишь иногда слышала ее звучный голос. Экала специализировалась на сновидениях, общаясь с предками, чтобы сплести серебряную нить, которая свяжет грань с Мэйзи. По крайней мере, так мне Бодуэй объяснил. Очень важно, чтобы ее никто не тревожил, заявил он, поэтому я обходила комнату стороной.
Однако в действительности весь процесс казался мне полным абсурдом. Вероятно, событие будет не более величественным и очаровательным, чем нормальная свадьба, а они прямо к коронации готовятся! Мне не нравилась помпезность и условности, поэтому я нисколько не обиделась, когда мне объяснили, что на церемонии будут присутствовать истинные ведьмы. Ривка весьма дипломатично предупредила меня, что в момент ритуала мне следует держаться от всех подальше, и я с воодушевлением согласилась.
– Мы такое зрелище пропустим, да, приятель? – сказала я, обращаясь к моему нерожденному ребенку. Я гадала, есть ли у крохотного эмбриона душа, способная меня услышать. Даже если нет, само знание того, что Колин постепенно растет внутри меня, наполняло умиротворением.
– Ты с кем говоришь? – спросил Оливер, влетая в библиотеку и целуя меня в затылок.
– С моим сыном Колином, – с гордостью проговорила я. – И мы оба думаем, что лучше нам убраться с дороги, которую наводнили все эти ведьмы.
– Ну, мистер Колин, полагаю, ты – один из самых везучих парней, кому предстоит появиться на свет, раз у тебя такая прекрасная и понимающая мать, – произнес Оливер. – Но мне очень жаль, что тебя выгоняют, Имбирек, – добавил он серьезно. – Но ты сама видела, что случилось на жеребьевке. Мы просто притворяемся, что все отлично, но ритуал превратится в сущий хаос. А что поделаешь? Так и бывает, когда вместе собирается дюжина сильных личностей, которые намерены поиграть в волейбол ядерной бомбой.
– А это безопасно для Мэйзи? – уточнила я. – Ее отправили меньше двух недель назад на учебу, а теперь она должна вернуться и стать якорем грани от нашей семьи.
Оливер ухмыльнулся.
– Ах, Имбирек, мой ответ прозвучит странно, но, хотя Мэйзи и отсутствует несколько дней, с нашей точки зрения, в ее временном потоке прошло уже несколько лет. Она долго обучалась у настоящего
У меня не было настроения делиться с Оливером собственным опытом, связанным с причудами колдовских потоков и измерений. И я вдруг поняла, что громогласные часы в доме Джинни выполняли определенное предназначение. Надоедливое и нудное тиканье являлось для нее чем-то вроде метронома, помогая ей подсознательно ощущать временной поток нашего мира. Любопытно, захочет ли Мэйзи это сделать и могу ли я подарить ей, к примеру, секундомер? Или ей это другие ведьмы дадут, заодно с прочими презентами? Поздравляем тебя с передачей тебе поста якоря, удачи, дорогая, держи планету на своих плечах!
– А Гудрун будет участвовать в ритуале передачи? – спросила я.
– Нет, на нашем плане она более не существует, – ответил Оливер. Похоже, он многого недоговаривал.
– Я однажды ее видела, – призналась я.
Лицо Оливера посерело.
– Не может быть! – воскликнул он.
– Послушай, Оливер, я видела ее и Мэйзи в зеркале, когда у меня была часть твоей энергии.
– А она тебя заметила? – осведомился Оливер, и его гладкий лоб прорезали морщины.
– Да, но лишь мгновение. Она махнула рукой и разорвала соединение.
– Понимаю. Мерси, тебе надо выкинуть Гудрун из головы.
– Ага-ага, – небрежно бросила я. – Эллен мне тоже советовала. Сила природы, все такое.
– Милая моя, не делай ничего, что могло бы привлечь внимание Гудрун.
Оливер взъерошил свои волосы.
– Гудрун оказалась там, где она есть, не по своей воле. Она – узница и не примет участия в ритуале, потому что ей не позволено вернуться в нашу реальность. А с Мэйзи она занимается не добровольно, а во исполнение наложенного на нее наказания. А также в качестве предостережения – для Мэйзи. Имбирек, будь осторожна ради Колина и ради себя самой. Не касайся серьезного ведьмовства!
– Ладно, – протянула я. – Не буду лезть, куда не следует.
– Хорошо, – мягко произнес Оливер, молодея на глазах. – И, если зашла речь о людях, от которых тебе лучше подальше держаться, я не хочу слышать, что ты общаешься с Хило.
Он указал пальцем на потолок.
– Мы разрушили энергетический коридор Хило, с помощью которого она добиралась до бельевой. Зря ты таилась от нас, Мерси.
– Да, – проворчала я. – Я припозднилась. Извините.
Оливер прищурился:
